Голос, звучавший не просто бесчувственно, а безжизненно, затих. Аямэ тоже застыла, не шевелясь. Красивая, но нельзя было назвать ее хрупкой, скорее опасной. Девушка была ненамного ниже Первого главы, смотревшего с высоты 184 сантиметров.
— Сегодня ты потрясающе разговорчива, — подметил Адонис, пусть и остался доволен отчетом. — Молодец. Я даже не сомневался в тебе. У меня есть новое поручение, личное: возвращайся к Сантинэль и проследи за ней.
Аямэ молчала всего лишь пару секунд. И снова не последовало ни удивления, ничего, только холодная констатация:
— Прошу простить, глава, но роль сиделки для меня сомнительна. Я не способна ухаживать, только уничтожать. Полагаю, подобные услуги в отношении госпожи Мортэ неподобающи и нежелательны.
— Аямэ, Аямэ, а мы ведь договорились избавиться от официоза, — цокнул Первый, слегка усмехнувшись.
Он лениво качнул рукой, и над ними раскинулся невидимый полог искажения, чтобы другие не могли подслушать разговор. Теперь любопытствующие услышали бы лишь случайные диалоги, не имеющие ничего общего с действительностью.
— Я хочу, чтобы ты сберегла ее для меня, — продолжил Адонис. — Не подпускай лишних. Следи. Только тот, кто лишен чувств, сможет увидеть то, чего не могут другие.
— Шпионаж, охрана. Я поняла.
— Безопасность — вот что в первую очередь, Аямэ. Я доверяю тебе, не подведи меня
Доверие звучало нажимом, пусть и слова не были подкреплены ментальным приказом.
— Сделаю все, что в моих силах, — она снова склонилась. Аямэ являлась идеальным оружием, ведь ее чувства давно запечатаны и потеряны, в отличие от чувства долга. — Эйдан ожидает у холла, я пригласила его, как вы просили. У него есть идеи касательно реконструкции.
— Замечательно, — благозвучно отозвался Адонис. — Теперь можешь идти, я продолжу здесь сам.
Глава изящно взмахнул рукой, снимая полог, и Аямэ отступила назад, следом уносясь в реальность. Мужчина не смотрел, как исчезала ее тень, только двинулся вперед — к полуразрушенному объекту. Здесь хватало других, кто мог ответить за безопасность.
«Эйдан, Эйдан, что же ты хочешь мне предложить?» — забавлялся Адонис с мрачным удовлетворением.
Этот вампир был приближенным Дэймоса, еще одним пазлом бывшего клана Канг и карателем из подразделения Хаоса. Первому не нравилось, какой сплетался узор, но он не был настолько глуп, чтобы верить всему, что бросали в глаза. За долгие годы клан Мортэ стал внушительным, а все, что имело вес, другие желали раздробить и отхватить. Некогда отщепенцы, теперь они были символами власти. С высоты падать неприятно…
Но врагам придется постараться, чтобы одолеть его — Адониса.
Темнота заскользила от мужчины, расходясь от него клубáми с каждым шагом. Силуэт мужчины смазывался и все же его присутствие было ощутимым. Магия здесь фонила. Подавляла. Сила ощущалась. И в отличие от сестры, Адонис редко прятал свое преимущество.
Жаль, что оно не могло повернуть время вспять. Этого никто не мог.
Теперь предстояло обыграть обстоятельства и обмануть восприятие.
Адонису не стоило растрачивать даже крупицу магии просто так, но она следовала за его настроением: разливалась чернотой, выплескивая всё, что скопилось в хладной душе. Магия воодушевляла, внушала страх и трепет, вызывала зависть. На него смотрели, сокланы ждали его команды. Но он великодушно решил сначала выслушать Эйдана.
— Глава, — блондин шел навстречу, остановившись за несколько шагов, чтобы не нарушать границ неуважения.
— Тебе есть что сказать… — границы нарушил сам Адонис, впиваясь взглядом в столь же темные глаза, как у него самого. — Говори.