Эйдан, как один из карателей, не отступил, не стушевался. Его низкий и от природы грубый голос пробасил:
— Семифазный лед.
Адонис слегка изогнул бровь, предлагая продолжить и пояснить, пока его терпение не истончилось.
— Используем в конструкции вместе с иллюзией семифазный лед, — Эйдан действительно прекрасно обращался с холодом, это была его основное направление, однако…
— Твоих способностей не хватит, — осадил Адонис.
— Хватит. С усилителями. Нам нужно удержать конструкцию. Это нормальный выход. Мы уже испытывали его в лаборатории прежде.
Голос надломился — едва ли заметно. Посторонний и вовсе не обратил бы внимания.
— М-м-м… Ты пробовал создавать его с ней, — Адонис смотрел внимательно. Видел, как дрогнул блик в темном, жестком взгляде, который никак не сочетался с миловидными чертами. — Со Скайлар.
— Да, — глухо подтвердил тот. Но не боль звучала в его голосе, а приглушенная ярость.
Что ж, Адонис прекрасно его понимал.
Но разделял ли?
— Хочешь отправиться вслед за ней, Эйдан?
— Больше всех здесь рискну не я.
О, да он же говорил о самом Первом! Адонис наградил его снисходительным взглядом, а тишина сменилась жестким смехом.
— Позаботься о себе, каратель, ведь если не оправдаешь наших общих ожиданий, умрешь.
И даже не от его руки. Адонис вздохнул, будто малец его хорошенько развлек, и окинул взглядом фронт работ. Им предстояло поднять на конструкцию иллюзию. Тридцать этажей, пятнадцать иллюзионистов и один зарвавшийся прыгун. Ведь вторым направлением магии Эйдана была телепортация, и его нахождение здесь было дважды как нельзя кстати.
Сила Мортэ всегда была в единстве, дисциплине и грамотном управлении — так Первый считал, этому следовал.
Жаль лишь, что его иллюзии были не такими сильными, как у Сантинэль…
«Ты будешь в порядке, сестра», — пообещал он, когда с рук слетели первые плетения. «И мы пригласим предателей на Хунмэньский пир».
Иллюзия мерцающим светом пронеслась ввысь, выстраивая новые опоры… Первый слой поблескивал силой, и все вокруг буквально вибрировало от усилителей, грозя разорваться и расщепить всех на молекулы. Но, как удивительно, смерть не принимала Адониса, сколько бы он с ней не играл. Плетения выстроившихся по периметру иллюзионистов следовали за магией главы клана, за идеально отпечатавшимся в головах планом строения.
Всего лишь иллюзия… С легкими дополнениями, пока строители не завершат остальное. Какая растрата, но это казалось Адонису лучшим решением, чем уничтожить невинных людей, когда разрушения достигли бы реальности.
Не достигнут.
И все же, как легко их достали, заставив играть по чужим правилам. Но Адонис непременно задаст свои.
Он отправит Эйдана за той девчонкой, которая так неудачно оказалась рядом со взрывом. Позднее.
Хватит ли терпения?
Глава 7. Кара. Мозгоправ
Тик-так. Тик. Тик. Так.
Стук часов за спиной психологини с каждой секундой всё сильнее выводил из себя. Сосредоточенность трещала по швам, прямо как рухнувшая в одночасье жалкая жизнь — так бы о Каре отозвалась половина её одноклассников. Ущербная, жалкая, нищенка… Как только она выберется отсюда, к ней прилепят новые ярлыки.
Суть всегда одна — прокажённая. Гордячка, вздёрнувшая нос из помоев.
Она никогда не хотела верить, что это правда, вот только жизнь поглубже втаптывала в говно. Уже даже не по самые уши: мерзость заменила ей солнце, а треск старой лампы над головой — мамины колыбельные. Из тех самых времён и дальних уголков искажённой детской памяти, когда эта женщина ещё была нормальной.
Ну, насколько Либерти Фостер можно было назвать такой.
— Мисс Фостер, вы меня слышите? Вы осознаёте, где находитесь?
Кара злым взглядом буравила ленивую минутную стрелку. Время не торопилось избавлять её от словесных пыток — кажется, местные врачи называли это «помощью».
Полицейские, которые перевели её сюда из участка, тоже. Признаться, она едва помнила, как очутилась в клинике для психов и тех, кому не очень повезло в жизни, как попала в неожиданно заботливые руки медсестёр, которые не только зафиксировали побои, но и втёрли какие-то пахучие мази в пострадавшую кожу. Они ненавязчиво улыбались и ни о чём не расспрашивали, и этим нравились больше психологини.