— Туше́[1]. И я все же повторюсь: я хочу увидеть своего сына.
— С чего вы вообще взяли, что он здесь?
— Спросил у его соседа. Он направил меня прямиком в твою комнату со словами: «Он там каждую ночь субботы проводит». Ты хочешь сказать, что его тут нет?
Айрис открыла шире дверь, одним лишь этим жестом приглашая мужчину войти. Ее не покидало чувство, что она впустила врага в собственный дом, но ничего иного она поделать не могла. Да, конечно, могла, например, заставить мужчину стоять перед дверью, но мало ли кто из прочих обитателей этажа, что тоже не спали в эту ночь, решил бы прогуляться по пустынным коридорам? Это могло вызвать ряд больших проблем.
Немного стесняясь наряда, Айрис все равно направилась в свою спальню, куда Грэм затащил Дрейка, чтобы позвать парня.
Только она открыла дверь, как все трое нарушителей комендантского часа подскочили к девушке. Она быстро шикнула, приставив указательный палец ко рту. Ребята поняли, что лучше не шуметь. Айрис дернула за руку Дрейка и вытащила из комнаты.
— Что ты тут забыл?! – воскликнул Дрейк, за что получил от Айрис подзатыльник, ведь он превысил допустимую в это время норму шума.
Девушка осталась стоять около двери в свою спальню, сложив руки на груди, дабы предотвратить попытки ее друзей приоткрыть и подсмотреть, что происходит снаружи.
— Тебе уже недостаточно того, что ты заставил кого-то постоянно следить за мной!? – продолжил парень. – Теперь ты хочешь лично это…
— Эбигейл в больнице, – перебил сына мистер Харрисон.
Дрейк стоял в тот момент к Айрис спиной, но девушка понимала, что это очень его потрясло. Она словно чувствовала это. Хоть девиант все еще и не понимала – кто такая Эбигейл и почему она настолько важна, что Генри даже решил нанести Дрейку личный визит.
— Она возвращалась с Джулианом со школы. Переходили дорогу. Ее спасло лишь то, что машина была со стороны Джулиана и он среагировал, чтобы она меньше пострадала. В итоге отделалась ушибами, да парой переломов. С ним все серьезнее. Но врачи говорят, что жить будет, молодой ведь еще, здоровье на максимуме.
— Эбби…. Мне надо переодеться, я с тобой отправлюсь в Нову, – затараторил Дрейк. – Бедная девочка! Она так испугалась! Я хочу ее увидеть!
— Сейчас это невозможно. Часы приема завтра после трех и до семи. Если захочешь, я оставлю тебе адрес больницы и номер палаты.
— Спасибо. Но, – сказал Дрейк, остановив мужчину, который уже собирался уходить, – ты бы не стал приходить просто ради такого. Ты сказал, что ничего серьезного с ней нет. Если бы с Эбби было что-то страшное, то у меня бы не возникло больше вопросов. Но ты здесь. Ночью. В комнате Айрис. Почему? Зачем? Что тебе было нужно на самом деле? И не надо пытаться мне доказать, что просто хотел сообщить лично. Я слишком хорошо знаю тебя, чтобы не поверить.
— Если хочешь поговорить об этом, пошли в твою комнату и поговорим. Без посторонних глаз.
— Эта девушка, – сказал Дрейк, просто показав рукой за спину, не думая оборачиваться, – единственная причина, по которой я с тобой все еще разговариваю. Она единственная причина, по которой я прощаю тебе даже слежку за собой. Не знаю, почему и как, но она старается и находит в твоих действиях какие-то объяснения, из-за чего они не кажутся такими ужасными. Ты все еще хочешь поговорить наедине?
В тот момент Айрис была искренне рада выключенному свету и своим длинным волосам. Она почувствовала, как кровь прилила к щекам от слов Дрейка. В темноте ее разрумянившихся щек не было видно, но по привычке девушка все равно склонила низко голову, чтобы прикрыть лицо волосами.
— Да, хочу. Но, видимо, не сегодня, – проговорил отчетливо мистер Харрисон, отчего стало не по себе, словно он запомнил эти слова надолго и хотел их припомнить сыну в будущем. – Спокойной ночи. Было… приятно наконец-то познакомиться с тобой лично, Айрис, – выдавил он из себя и, даже не одарив взглядом девушку, направился к двери.
— Думаю, никогда мои чувства не были столь взаимны, – заметила Айрис, пытаясь показать, что не только ночному посетителю была неприятна эта встреча.
— Это было… неожиданно, – заметил Дрейк, закрыв за своим отцом дверь.
— Ты прав, действительно удивителен тот факт, сколько раз я пыталась его оправдать в твоих глазах. Он у тебя очень суровый, – проговорила Айрис, к тому времени ее друзья уже вышли из комнат.