Не сказать, что преобразование очень необычная школа магии. Все они своеобразны. Тонкостью же этой являлось воздействие с физическим миром, его изменение. Это, конечно, не фаерболы метать и не излечивать разные травмы за достаточно быстрое время в сравнении с тем, сколько бы на это ушло месяцев без участия магии, но притягивать к себе предметы с дальнего расстояния, дышать под водой, превращать одни предметы в другие… это не так плохо. Эти заклинания Айрис еще предстояло узнать на сегодняшнем занятии, потому отчасти она так стремилась на него попасть.
Дрейк же просто не хотел изменять себе. Он постоянно был рядом с Айрис, теперь же, с официальным началом их отношений, он практически никогда от нее не отходил. Поначалу все было хорошо, его все устраивало, но теперь его крайне раздражал тот факт, что Айрис предпочла сохранить их отношения в тайне. Отчасти он понимал, почему она так сделала, и был согласен с ее мнением, но прожив так неделю, парень совершенно устал оттого, что вместе они могли быть лишь ночами.
Теперь поход на тренировку для него был возможностью побыть наедине со своей девушкой и поговорить в спокойной обстановке о личном. Только он забыл один факт – одни они не были даже там, в Лунном Лесу, где они уже столько времени к ряду собирались.
— Что ж… пока мы разминается, может… разбавим нашу тренировку разговором о нас? – спросил осторожно Дрейк.
— Ого, неделя, да ты еще долго продержался! – воскликнул Форд из рюкзака Айрис, за что девушка на него грозно воскликнула.
— Надеюсь, ты не хочешь бросить меня из-за того, что я все-таки не подхожу завышенным стандартам разорителя? – спросила с легкой ухмылкой девушка, но в тот момент она и правда боялась услышать «да».
— Нет. Так просто ты от меня не отделаешься…. Все-таки… ты первая, кого мне пришлось еще уговаривать со мной встречаться, – с ноткой осуждения проговорил Дрейк, после чего на мгновение замолчал, словно собираясь с мыслями. – Я хотел поговорить с тобой о нашей… секретности. Конечно, романтично все время от всех прятаться, все дела. Но как-то быстро надоедает. Ты вроде говорила, что это ненадолго.
— Резюмируем: ты хочешь открытые отношения. Со всяким там… лобызанием на глазах у Коллегии?
— Да что у тебя за проблемы со словом «поцелуй»? Ладно, не важно. Ну, не на глазах у всей Коллегии, но хотя бы на глазах компании.
— Глянь-ка на него! – усмехнулся Форд. – Без году неделя, буквально, в отношениях с девиантом и уже такие требования выдвигает!
— Я лишь прошу нормальных отношений.
— Ха! У вас никогда таких не будет. Напоминаю, она де-ви-ант, – вопил Форд.
— Думаю, это я смогу пережить. Айрис же всего лишь девиант, а не… русалка какая-нибудь.
— Она будет использовать силу некромантов и воскрешать мертвых, – начал протяжно Форд.
— А еще и меня хотят сделать мертвой, – добавила Айрис.
— А из-за нее и вас хотят сделать мертвыми, – продолжил фолиант.
— Твой отец против нашей дружбы, что говорить про отношения?
— А еще он официально человек, в чьих интересах сдать Айрис Волшебнику.
— Ты все еще лучший разоритель, а я достаточно посредственная преобразовательница в стенах Коллегии.
— И давайте не будем забывать про тот факт, что, когда у вас появятся дети, они, вероятнее всего, будут девиантами. Это та еще проблемка.
— Мы встречаемся всего неделю, какие дети, Форд!? – возмутилась девушка.
— Я прагматичен.
— Нам бы до конца года хотя бы дожить, – пробубнил Дрейк, запустив пальцы в свои каштаново-пепельные волосы. – До этого я как-то справлялся со всем этим. Просто теперь в случае чего на меня точно первым будет обрушаться все зло. До этого передо мной могли быть Рози, Санни или Гвен. Я не хочу сбегать от трудностей. Если бы я не был так уверен, что смогу совсем справиться, даже не предлагал бы тебе отношений, Айрис.
— Лапочка, мне надо поговорить с твоим парнем, как истинный фолиант с парнем своей подопечной. Вытащи меня, – проговорил, как-то поникнув, Форд.
Айрис не понимала, к чему ее многостраничный друг разводит такую драму, но все же выполнила его поручение и достала его из рюкзака, после чего, немного сомневаясь, отдала в руки Дрейку. Парень с книгой слегка отошли в сторону, а девиант, не теряя бесценного времени приступила к повторению чар.