Чтобы хоть как-то справиться со своими эмоциями и со своей болью, Гвендолин углубилась в учебу. Она и раньше очень много ей уделяла времени и внимания, но теперь…. Даже ее друзья начали переживать за девушку, потому что она практически не выходила из своей спальни, прячась за кипами учебников. Сколько Айрис и Розалин не пытались обсудить все с целительницей, она предпочитала говорить, что все хорошо, что она просто хочет подтянуться по предметам, ведь последние события сказались на успеваемости Гвен. Лекарь прекрасно понимала, что ей нужно было все обсудить, высказаться, но она не была уверена, что подруги и друзья смогут ее понять, потому что даже сама Гвен ничего не понимала.
Из всей компании больше всех беспокоилась Розалин. Мистификатору совсем не хотелось оставлять подругу в одиночестве, но та была крайне настойчива в этом плане.
Остальные же в выходные занимались привычными для себя делами. Грэм, например, следил за Элисон. Это было даже забавно для парня. Разорительница должны была следить за компанией и искать способы, чтобы разругать их. Однако она не могла заметить даже преобразователя, следившего за ней.
В остальном же способы работы блондинки сложно было назвать эффективными. Элисон нацелилась на такую уязвимую точку Айрис, как Дрейк. Разорительница начала пытаться вернуть своего бывшего молодого человека. А попытки ее лишь смешили подростков. Они понимали, какую цель преследует девушка, потому не поддавались на ее провокации, иногда лишь подыгрывали, но только для того, чтобы немного поразвлекаться и обнадежить Элис, которая постоянно разочаровывалась от того, что ее ухищрения не работали.
И лишь Розалин скрашивала будни Грэма во время слежки за Элисон.
— Как? Как я могу поссорить этих подростков?! – высказывала свое возмущение Элис подруге. – Они не отвернулись от нее даже после того, как узнали о ее поступке в отношении Шона! Ладно остальные, но Гвендолин… она ведь тоже немного общалась с ним. Но все равно! Словно ничего и не произошло. Кажется, разлучить их может только смерть! Или какой-нибудь… растворитель, который поможет убрать тот клей, которым они склеились друг к другу.
Элеонора, сидевшая рядом с подругой на диванчике в холе, лишь посмеялась. Она достала телефон из кармана, чтобы проверить, в порядке ли ее мудреная прическа, после чего произнесла:
— Так занятно наблюдать за этим шоу, Элис, – повернув голову, она встретилась с недовольным взглядом подруги, потому в миг стала серьезной. – Чего тебе вообще неймется? Живут себе спокойно столько времени и пусть живут дальше. Зачем ты так зациклилась на том, чтобы их поссорить.
— Разве это не мое амплуа: ссорить всех вокруг?
— Я слишком хорошо знаю тебя, чтобы сомневаться в этом.
— Но не достаточно, чтобы быть уверенной, – огрызнулась разорительница. – Считай… что я просто не могу спокойно смотреть, как эта Айрис Стоун такая счастливая и радостно обитает в обществе моего бывшего парня. Ему там что, медом намазано? Столько девчонок, а он выбрал… это. И все ее друзья с ней так носятся, будто она из золота. А по факту посредственная преобразовательница. Аж бесит!
— Знаешь, не знай я всего, решила бы, что ты ревнуешь Дрейка. Ну или завидуешь Айрис.
— Упаси меня от этого. Но мне надо что-то сделать с ними… как-то… поссорить. Просто надо.
— Не хочется мне лезть в это, – протянула Элли, вскинув взор к потолку. – Дрейк – не лучший вариант, милая. Вы слишком громко расстались. Он скорее даст себя искусать скорпионам, чем позволит с тобой сблизится, без обид. Да и Айрис не поверит в то, что между вами еще что-то возможно. Они, конечно, успели сильно сблизиться, но…
— Сблизится? Дорогая моя! Сблизится – это не про них. На людях такие отстраненные, а по сути… готова поспорить, они уже давно встречаются. Мэтт говорил, что Айрис даже ночевала у Дрейка в спальне. С Дрейком вместе.