Дрейк с недоверием посмотрел на Айрис, скрестив руки на груди. Ее предложение выглядело крайне соблазнительным, ведь он правда чувствовал, как мышцы ног и рук ноют от непривычной позы заклинания. Ему требовался перерыв для восстановления. Немного поразмыслив, разоритель все же согласился на предложение.
Айрис, едва передвигая ноги, добралась до комнаты, взяла Форда, попутно объясняя свою идею, и вернулась обратно.
— Ну да, ну да! – возмущался фолиант. – Когда я предложил использовать легкое заклинание мистификации, чтобы доказать этой смазливой моське, что ты не виновна, что не ты предала там этого… Шона, ты отказалась. А как подлечиться, так сразу: «Форд, помоги, пожалуйста, без тебя не справиться, и плевать, что я не пробовала эти чары».
— Ты прекрасно знаешь, что я использовала их – копался в моей памяти, как у себя дома.
— Да и мне не шибко требовалось что-то доказывать. Эта «смазливая моська» и так вполне поверила Айрис. Не выпендривайся, Форд. Какая страница?
— Иногда мне кажется, что вам от меня нужны только чары! Не цените во мне личность!
— О, Бэ́сфорд! Как ты мог такое подумать. Ты ведь такой интересный… фолиант. Скажешь страницу?
— Вредная девчонка, ладно. Но слушать меня внимательно, ясно?
Девушка согласилась, после чего открыла названную Фордом страницу. И под объяснение фолианта изучала текст. Гвендолин частенько использовала эти чары при девушке, чтобы залечить маленькие ссадины, синяки и царапины, потому Айрис было проще справиться с этими чарами. Ее попытка восстановить Дрейка и себя в итоге увенчалась успехом.
***
Воскресный день прошел также утомительно, хоть и тренировка была куда короче, чем накануне, ведь ребятам предстояло еще официально вернуться в Коллегию. В сложившейся ситуации с Лунным Лесом были даже свои плюсы – не требовалось быть крайне осторожными уходя и приходя тайком.
Айрис сидела в своей комнате, ожидая, когда Дрейк зайдет за ней, чтобы отправиться в Коллегию. От чтения Форда ее отвлекал слегка повышенный голос парня, что на кухне бурно общался со своей матерью. Против воли девушка подслушала их беседу, за что осуждала себя внутреннее. Как только она услышала, что Дрейк направился к ней в комнату, тут же опустила глаза на страницы Форда и сделала вид, что читает.
— Ты готова? – спросил немного разозленный парень, приоткрыв дверь и заглянув в комнату.
— Да, конечно. Только Форда упаковать, – проговорила слегка неестественным тоном девушка, не глядя на разорителя.
Дрейк с сомнением посмотрел на Айрис, которая все еще не поднимала на него взгляд. Он прошел в комнату, прикрыв за собой дверь и сел рядом с девушкой на кровать.
— Что-то случилось? – уточнил парень, но Айрис лишь помотала головой. – Что-то случится? Что-то случается? Что не так, Айрис?
— Все в порядке. Правда. Нам пора идти, чего расселся?
— Ты не смотришь на меня, ты ведь в курсе?
— А ты не картина, чтобы тобой любоваться, – ответила девушка, стараясь прозвучать шутливо, и посмотрела на Дрейка, захлопнув Форда.
— Ай! Да хватит меня так грубо закрывать. Мне же больно! Дрейк, она подслушивала ваш разговор, понятно.
— Эй! Предатель, – прошипела Айрис. – На чьей ты вообще стороне.
— На стороне того, кто не захлопывает меня как бульварный роман! Все-таки я единственный в своем роде. А Дрейк является… потомком моего… автора. Так-то что…
— Переметнулся, значит. Ну-ну.
— Хватит вам, – смеясь, проговорил разоритель и положил Айрис руку на плечо. – Ничего страшного. Стены тонкие, а мы ведь разорители, наш гнев такой бесконтрольный и сильный, – саркастично дополнил он, за что получил порцию осуждающего взгляда от девушки. – И что скажешь?
— А что я могу сказать? Ты… молодец. Не смотря ни на что, стараешься. Я же вижу. Ну, точнее слышу. Слышала. Ну ты понял.
— Спасибо. Только… завязывай заниматься моим психоанализом, ладно? У самой ситуация не лучше. Ты злишься на свою мать, а она ведь… мертва. Глупо злиться на того, кого никогда не вернуть.