***
В воскресенье официально был конец тренировок Айрис по отделению мистификации – она закрепила последние изученные заклинания и сдала импровизированный экзамен Розалин по всему отделению магии. Предела радости девианта просто не было. Пройдена половина пути, если учесть, что она знает часть преобразования. Потому даже в такой печальной ситуации, в которой оказались ребята, Айрис никак не могла отказать себе в удовольствии провести вечер со своими друзьями, отмечая такое событие закусками и газировкой.
Айрис, Розалин, Грэм и Гвендолин уже собрались вместе, а также начали веселиться, но девиант с каждой минутой все больше погружалась в какие-то свои мысли, казалась взволнованной. Но это беспокойство быстро сменилось улыбкой на лице, когда послышался тихий и нерешительный стук в дверь.
Однако, если Айрис не могла сдержать радости, то друзья ее были удивлены, мягко говоря, когда девушка распахнула дверь в их с Гвен комнату. На пороге стоял Дрейк. Именно его отсутствие беспокоило Айрис, которая стала совершенно иначе смотреть на разорителя, до которого еще в начале года ей не было никакого дела.
Сначала Рози хотела промолчать по этому поводу, останавливая себя тем, что если Харрисон пожаловал на их совместное времяпрепровождение лишь по делу, то он скоро их оставит. Она смирилась с его участием в общих делах, но речи о совместном досуге по выходным не было.
Однако поняв, что Дрейк планирует задержаться, потому что его так же, как и остальных, пригласила Айрис, Розалин не смогла сдержаться.
— Я могу смириться с тем, что он с нами днем, но ночь? Он теперь с нами и на всех вечерних сборах тусоваться будет? – возмутилась мистификатор. – Я, конечно, понимаю, что он помог нам сами знаете с кем и все дела. Но это ведь не значит, что он теперь должен быть частью компании! Скрывать не стану, у меня есть негатив к Харрисону, потому я против этого.
— Ясно, – протянул Дрейк, спокойным голосом, совершенно не показывая, что озвученные слова его как-то обидели или задели; он казался таким же ледяным, как и треть заклинаний разорения, от этой мысли на лице Гвен промелькнула улыбка, которую та моментально скрыла. – Мне не нужно повторять дважды. Я знал, что мне тут будут не рады, но, Айрис, ты очень просила прийти, и вот я пришел, выполнил твою просьбу. Увидимся завтра.
Парень развернулся и пошел прочь из комнаты. Айрис растерялась и даже не попыталась его остановить. Сейчас в ней кипела лишь злость из-за Розалин, что оказалась столь грубой с ее гостем. После того, как за Дрейком закрылась дверь, тяжело вздохнув, девиант, стоявшая до этого к друзьям спиной и смотревшая вслед разорителю, повернулась и произнесла:
— Почему нельзя было просто весело и без ссор провести этот вечер, Рози? Вы тоже согласны с ней, тоже думаете, что Дрейк не заслужил проводить с нами время?! Я же считаю его своим другом, близким другом, потому что он помогал мне, он рисковал ради меня здоровьем, честью, даже своей жизнью! Он был со мной с самого начала…. А с Уэллсом!? То, что мы сделали – противозаконно, но он не оставил нас, а помог и стал частью всего! Я рассчитывала на вас, ребята… думала, что мы сможем собраться, просто повеселиться, без ссор, без склок, как команда, как… друзья… но я ошибалась… очень жаль. Мы ведь… тоже не всегда были все вместе… нуждались в ком-то, как и он сейчас. И с чего я вообще решила, что вы поймете это?
Айрис развернулась и направилась прочь из комнаты. У нее были догадки, куда мог отправиться Дрейк, потому она хотела его скорее отыскать. Девушка считала своим долгом извиниться перед ним. И ее предположение о его местонахождении, к счастью, оказалось верным.
Дрейк сидел на заднем дворе, на скамейке с навесом, из-за чего на ней не было снега, вглядываясь в звездное небо и выдыхая пар. Айрис, не спеша ступая в оставленные парнем следы на снегу, подошла и села рядом. Было жутко холодно, особенно ей, что вышла на улицу без куртки, тогда Дрейк распахнул свою и прижал к себе девушку, прикрыв большей частью верхней одежды.
— Чего ты пришла, да еще и налегке? – спросил осуждающе парень, потирая плечо Айрис, чтобы согреть. – Веселилась бы с друзьями. Я достаточно взрослый мальчик – смогу пережить это.