Я дерзко ухмыльнулась.
МЭЙ: «А разве я уже не она?»
ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Пока нет, но после вечера пятницы — будешь».
Я терпеливо сидела на кровати родителей и наблюдала, как мать укладывает их вещи в уродливый коричневый чемодан для поездки с ночевкой в отель «Ривертон», что в городке Каррик.
Вау, съезд банкиров. Должно быть, дико захватывающе.
Зевок.
— Ну что, ты справишься или Таня придет?
Я подумала обо всех камерах вокруг дома и дорогой сигнализации, которая срабатывала от прикосновения перышка.
Потом я подумала о Жестком Наезднике и улыбнулась.
— Мам, я буду более чем в порядке.
Она застегнула сумку, когда в комнату вошел отец.
— Черт бы побрал...
Он сражался с узлом на затасканном шнуре от своего ноутбука. Мать спокойно забрала его и распутала.
— Я могла бы попросить Брайса остаться, но...
— Нет, мам!
Ее темно-синие глаза расширились.
Это прозвучало слишком резко, поняла я и тут же заулыбалась:
— Пожалуйста, мам, пусть остается у Декса, если хочет. Мне он тут не нужен. Только если у вас не припасены деньги на залог, чтобы выкупить меня из тюрьмы к вашему возвращению.
Отец чмокнул меня в щеку, хватая ключи от «Мерседеса».
— Пожалуйста, веди себя прилично, пока мы не вернемся. Хотя бы ради меня, милая.
Я послушно кивнула:
— Конечно, папочка, разве я не всегда так делаю?
Родители рассмеялись, и я не обиделась. Я умела вести себя прилично, когда хотела.
Может, не сегодня — но умела.
Сегодня у меня было свидание для жаркого траха, и всё, о чем я могла думать, — это встреча с Жестким Наездником.
Внутри меня всё дрожало от возбуждения.
Отец подхватил сумки, а затем мать крепко меня обняла. Я едва могла дышать.
Она была такой драматичной.
Каррик находился в получасе езды, а она вела себя так, будто они уезжают из страны.
— Звони, если я понадоблюсь, детка — по любому поводу.
Я улыбнулась:
— Обязательно, мам.
Итак, на сегодняшнюю ночь были четкие правила — Жесткий Наездник настоял на них.
Он хотел полной анонимности.
Еще в начале нашего «знакомства» я поняла, что он, вероятно, тоже из Гейтс-Фоллс.
Наш городок маленький, и я была уверена, что, возможно, знаю его, потому что он определенно знал меня. Этот факт меня не пугал, но в то же время слегка напрягал.
Итак, правила:
Правило № 1 — Я должна ждать его к 11 часам с выключенным светом во всем доме.
Правило № 2 — Камеры и сигнализация должны быть отключены.
Правило № 3 — Я должна оставаться покорной во всём, потому что он не будет со мной разговаривать.
Правило № 4 — Наша встреча — это просто анонимный секс-трах.
Всё достаточно просто.
К восьми я приняла горячий душ и надела новый сексуальный комплект белого белья.
Я позвонила Тане, чтобы убить время и немного унять тревогу.
Это была довольно рискованная затея.
А что, если Жесткий Наездник мне совсем не понравится?
Глупо так рисковать.
Но почему-то я должна была довериться своим инстинктам.
За два месяца мы много переписывались, и я знала, что он особенный. Что-то внутри подталкивало меня довести это до конца.
Время тянулось невыносимо медленно, и я едва могла дождаться.
Глава 4
Я одержимо заглядывала в щели между шторами в каждом окне дома, как только пробило одиннадцать.
Ожидание сводило меня с ума.
От Жесткого Наездника не было ни одного сообщения с прошлого вечера.
Я вернулась в спальню и стала ждать в темноте.
В 11:15 я извелась окончательно и рухнула на кровать.
Сомнения начали проедать дыры в моем идеальном плане.
А что, если это шутка, и он меня подставил?
Может, он сейчас сидит со своими друзьями и ржет надо мной!
Я вздохнула.
Надеюсь, это не так, потому что я действительно этого хотела!
СКРИП.
Я резко обернулась в полумраке комнаты, и дыхание перехватило.
— О боже.
Высокий мужчина, весь в черном и в шерстяной лыжной маске, стоял в моей комнате у закрытой двери.
Он наклонил голову и уставился на меня.
Блядь, я даже не слышала, как он вошел!
С губ сорвались бессвязные слоги:
— Ж... Жест... Жесткий Наездник?
Боже мой — я даже не знала его настоящего имени, но уже хотела с ним трахаться.
Он хмыкнул и сделал шаг ко мне.
Он не произнес ни слова, и это окончательно меня выбило из колеи.
Я отодвинулась к изголовью кровати.
Мои движения были быстрыми и нервными, сердце заходилось в яростном ритме.