Я заметила, как Аид, стоявший рядом с ней, слегка напрягся. Его взгляд, спокойный и направленный в сторону Чена, стал чуть более пристальным. Он смолчал, глядя на эти объятия, но что-то подсказывало мне: в следующий раз за игрой в го он Чена точно побьёт. Со всей беспощадностью машины.
Чен отпустил Еву, притворно потирая грудь.
— Какая ты жестокая, ранишь меня в самое сердечко!
— Чен, ты любишь деньги, а не сладкое, — отрезала Ева, поправляя блузку. — Где техпаспорт Аида? Не говори, что ещё не готов.
Чен вздохнул, подошёл к столу в гостиной и потянулся к стопке бумаг, валявшихся рядом с паяльной станцией.
— С его техпаспортом было сложнее, чем с Аресом. Он же прототип. Но я уже заканчиваю. На этой неделе можешь забрать. Или отвести к этой Анне? Она же его ждёт?
Аид, до этого момента молча жевавший пряник, выжидающе уставился на Еву. Та игнорировала его взгляд, уткнувшись в бумаги, которые ей протянул Чен.
— Пока нельзя, — сухо сказала она, листая страницы. — Слишком рискованно. Нужно сначала всё утрясти на работе.
— Тогда мог бы я продолжить оставаться с Ченом? — спросил Аид. Его голос звучал ровно, но в нём чувствовалась лёгкая, металлическая нота надежды.
Ева подняла на него взгляд, прищурившись.
— Что? С ним? Почему?
— Нам будет тесно с Аресом, — объяснил Аид, прямо глядя ей в глаза. — Он слишком эмоционален. А его хозяйка слишком робкая. Мне это… непривычно.
Чен рассмеялся, а потом со знанием дела произнёс:
— Значит, привык, когда с тобой по-жёстче обращаются, да? Это Ева умеет.
Ева слегка стукнула его кулаком в живот. Удар был явно вполсилы, но он согнулся.
— Не трепись обо мне.
— Хочу остаться, — настойчиво произнёс Аид, и в его голубых глазах мелькнуло что-то упрямое, почти человеческое. — Здесь есть го. И логические задачи. И… мне здесь нравится.
Ева вздохнула, переведя взгляд с него на Чена.
— Хочешь — оставайся. Уверена, Чен будет рад.
— Более чем, — выдохнул Чен, разгибаясь. — Мне очень нравится его изучать.
Я тихо кашлянула в кулак. Все трое повернулись ко мне.
— О, вы тоже тут, — наконец заметила меня Ева, отложив техпаспорт. — Как вам чай?
Я отпила ещё глоток, чувствуя, как тёплая жидкость согревает изнутри.
— Чудно. Китайский чаёк поистине волшебный. Может, попьём его в другой комнате? И поговорим без лишних ушей.
Ева мгновенно поняла намёк. Она достала из сумки пачку сигарет, встряхнула.
— Давай выйдем покурим. Возле дома.
— Пошли, — я поднялась со стула и обернулась к Церберу. — Останься тут, поболтай с Аидом. Может, он тебе что-нибудь расскажет — как свой своему.
Цербер уставился на меня с немым укором.
— Это так необходимо?
— Давай, иди уже, что ты как маленький на детской площадке, — я толкнула его ладонью в спину. — Он тебя не съест. Можешь обсудить… не знаю, преимущества полимерных мышц перед биологическими. Или как правильно имитировать вздох раздражения. У тебя это хорошо получается.
Он неохотно поднялся на ноги и обречённо подошёл к Аиду. Тот сначала с опаской взглянул на него и даже сделал шаг в сторону. Было видно, что он с первой встречи относится к Церберу с опаской. Но, подбадриваемый жестом Чена, Аид аккуратно отломил от своего пряника ровный кусок и протянул Церберу.
Тот взял его, повертел в пальцах, будто изучая структуру, а потом без особого желания засунул в рот и быстро прожевал. Выражение его лица не изменилось, но я поймала едва заметное движение бровей — возможно, оценку вкусового профиля. Ей-богу, в этот момент я чувствовала себя как мать, чей ребёнок наконец-то нашёл друга в песочнице, и тот протянул ему лопатку.
Но умиляться времени не было. Мы с Евой вышли из квартиры на улицу.
Воздух снаружи был сухим и тяжёлым, на улице стояла духота, хотя уже наступил вечер. Мы прижались к раскалённой стене дома, и Ева достала зажигалку.
— Будешь? — она протянула пачку.
— Давай.
Я взяла сигарету, позволила ей дать прикурить. Первая затяжка обожгла горло, но почти сразу наступило знакомое расслабление. Мы стояли молча, выпуская дым.
— Как всё прошло? — спросила я, глядя на колечко дыма, тающее в воздухе.
Ева сделала глубокую затяжку, запрокинув голову.
— Лучше, чем я думала, хотя директор — редкостный идиот. Думает, что если громко говорить, то все проблемы решатся сами.
— Скучаешь по Петру Семёновичу?
— Не то чтобы, — она усмехнулась беззвучно. — Просто он сильный управленец. А на этого без слёз не взглянешь. Мне и своей работы хватает, так ещё и с его разбираться приходится. Зато на словах — он герой, всё умеет. А как до дела доходит — у него лапки.