Он смотрел на меня, но вопрос адресовался явно не мне.
Цербер продолжал его игнорировать. Стоял рядом, сканировал пространство. Его молчание было красноречивее любых слов.
Я решила не дожидаться, пока они снова вцепятся друг в друга.
— Очень даже можно, — шагнув вперёд, я сама выхватила бокал из пальцев Лима.
Сделала глоток. Розоватая жидкость оказалась сладковатой, с лёгкой цитрусовой горчинкой и тёплой вишнёвой нотой.
— Вкусно, — честно сказала я. — Что это?
Лим расслабился. Улыбнулся — и его тёмные глаза потеплели.
— Сингапурский слинг. Джин, вишнёвый ликёр, ананасовый сок и лайм.
— Надо запомнить рецепт.
— Если захочешь, — он чуть склонил голову и подмигнул, — внутри можно попробовать ещё. И не только это.
Я сделала ещё глоток, пропуская намёк мимо ушей.
Цербер за моей спиной, кажется, перестал имитировать дыхание.
Мы пошли за Лимом.
Бирюзовая гладь бассейна-инфинити разрезала задний двор, как лезвие. Вода была настолько идеально ровной, что казалась не жидкостью, а стеклянной пластиной, врезанной в камень террасы. Из густой зелени вертикального сада доносилось тихое шипение — скрытые системы распыляли ледяной пар, сбивая экваториальную жару.
Мы подошли к дому. Наши фигуры отражались в панорамных окнах: все три этажа — стекло от пола до потолка, без единого шва. Внутри было прохладно. Климат-контроль мгновенно осушил пот с моего лица, и я с облегчением вздохнула.
Весь первый этаж представлял собой единое пространство. Пол из серого травертина бесшовно перетекал в террасу у воды. Мебель казалась продолжением архитектуры: массивный диван цвета мокрого песка, низкий стол, вырезанный из цельного куска чёрного обсидиана. На стене медленно пульсировала цифровая инсталляция — стая рыб, сотканная из пикселей, плыла в бескрайнем океане, распадалась на искры и собиралась заново.
Никаких проводов. Никаких выключателей. Дом подчинялся едва заметным жестам хозяина или безмолвным командам андроида, который уже замер в углу в ожидании распоряжений.
— Чжи, — бросил Лим, даже не оборачиваясь. — Поднимись в лабораторию и принеси Сервисный Линк. Мы будем в морском павильоне.
Андроид кивнул. Без слов, без лишних движений. Он сильно отличался от Цербера — да и вообще от нашей базовой линейки.
Мой наметанный глаз сразу заметил: движения скованные, лицо отстранённое, почти безэмоциональное. Визуально — человек. Идеальная кожа, правильные черты, симметричный череп. Но внутри — пустота. В нём не было той изюминки, что подкупила миллионы пользователей по всему миру. Той странной, едва уловимой искры, заставляющей забыть: перед тобой — лишь полимер и титан.
Чжи бесшумно зашагал к лестнице.
Я заметила, как Цербер вздрогнул. Едва заметно.
— Что такое? — тихо спросила я.
Он не ответил. Его красные глаза проводили андроида до лестницы, выше, на второй этаж — и только потом он перевёл взгляд на меня. Ему явно был знаком этот прибор. И совсем не нравилось его назначение.
Я взяла его за руку.
Он замер. На секунду его сенсоры сфокусировались на точке соприкосновения наших пальцев. Он слегка сжал мою ладонь в ответ.
А потом мягко, но решительно освободил свою руку.
— Пошли, — сказал он ровно. — Он ждёт.
Лим уже направлялся вглубь виллы, даже не оборачиваясь, — абсолютно уверенный, что мы последуем за ним.
И мы последовали.
Я потягивала коктейль на ходу, наслаждаясь вкусом. Цербер мрачно оглядывал дом. С каждым шагом он словно сжимался, тёрся ко мне, почти касался плечом.
Он нервничал.
При других обстоятельствах я бы не стала его заставлять. Не просила бы проходить через это. Но нам нужен был Лим. А глядя на эту виллу, я всё больше убеждалась: деньгами этого человека не купишь. У него их столько, что он может позволить себе на них плевать. А вот идеей, возможностью — его вполне реально заинтересовать.
Мы вошли в прозрачный павильон.
У меня перехватило дыхание.
Три стены — полностью прозрачны. Угловые стыки выполнены из бесшовного полимера, настолько идеального, что казалось: крыша просто парит в воздухе. Павильон выступал далеко за пределы береговой линии, нависая над каналом. Под ногами — белоснежный камень. А прямо перед нами — бескрайняя синева Сингапурского пролива, расчерченная огнями далёких судов.
— Нравится? — Лим обернулся, и в его голосе прозвучала тихая гордость. — Я сам проектировал.
Я проигнорировала его вопрос. Просто смотрела.
Горизонт уходил в бесконечность. Вода сливалась с небом, и только тонкая полоска дыма от проходящего контейнеровоза напоминала, где кончается реальность и начинается иллюзия.