Кудряшов ожидал чего угодно: истерик, разборок, мордобития и так далее. Но ничего подобного не последовало. «Может, Танюха прошла в зал?» — решил Кудряшов и отправился в гостиную. Но никого там не обнаружил. Тогда он осторожно постучал в спальню:
— Эй, Влад, что-то я Татьяну не нахожу.
— Да здесь она, у меня! — тут же раздался запыхавшийся голос Вопилова.
— А Ирина где?
— Я тоже здесь! — подала голос девица.
— Иди к нам! — крикнул Вопилов. — А то так девственником и помрешь!
Это было уже слишком. Девственником Кудряшов не был, и Вопилов об этом прекрасно знал. «Ну, такой вот ты удалец, но зачем меня-то на посмешище перед девчонками выставлять? Ну-ну, допросишься ты у меня в следующий раз квартиры», — подумал Олег и пошел в зал устраиваться на ночь.
Но не тут-то было! В квартиру позвонили. Кто это? Неужели мама вернулась? Вот уж некстати… Кудряшов прильнул к глазку и остолбенел: за дверью стояла Алла!
Он тут же влетел в спальню к веселящейся троице. Никто не прервал того, чем занимался на данный момент.
— Влад, нас засекли! Алка пришла!
— Как?! Алка здесь? Откуда она узнала?
— Сейчас не об этом! Девки, быстро в кладовку! Сидите тихо! Ир, да некогда одеваться — бери простыню и бегом. Танюх, давай в темпе. Шмотки свои захватите.
— А я не пойду! — заявила Танюха. — Его жена, пусть он и боится. Лично мне по фиг.
— И мне! — с вызовом поддакнула Ирка.
— Ну, как хотите, — как бы по ходу дела бросил Кудряшов. Он знал, что уговаривать в таких ситуациях — бесполезная трата времени и сил. — Только потом не говорите мне, что я вас не предупреждал. В том году она как-то с кислотой заявилась…
— С кислотой? — враз переспросили подружки.
— Да, представьте. Мы с Владом только чудом ее остановили, но все равно она успела плеснуть немного на руку Кристинке… Влад, как уж ее звали?
Ирку с Танюхой как ветром сдуло.
— Олег, давай не будем открывать. Как будто нас нет. Мы не здесь, это не мы, — заканючил Вопилов. — Как я не люблю эти разборки, кто бы знал…
— Открыть придется. Так лучше. Легенда такая: мы перепили, и ты поехал ко мне отлежаться. Все. Никаких девок не было. Мы тут пьяные дрыхнем.
И Кудряшов резво содрал с себя джинсы и джемпер, взлохматил волосы:
— Беги скорее на кухню убери окурки с помадой и бокалы.
Вопилов послушно потрусил выполнять распоряжение друга. Кудряшов казался тютей в те моменты, когда Вопилов был ого-го. Но как только в задницу клевал жареный петух, роли молниеносно менялись местами.
В дверь продолжили названивать.
— Ты иди, Олег, сам ей открой, — опять заныл Вопилов. — А я, скажи пьяный, сплю. Пусть обратно едет, а я, скажи, как протрезвею, вызову такси и приеду.
— Ладно, выкрутимся. Только бы девки чего не отчудили, — и Кудряшов распахнул дверь. В квартиру влетела небрежно одетая Алла.
— В чем дело? Почему не открываешь? — на правах давней знакомой она с Олегом не церемонилась. — Где этот мудила?
— Да перебрали мы, Ал, прости нас, — Кудряшов зевнул и потер глаза кулаками, как будто бы ему мешал свет. — Влад вон там. Ой, прости, я в одних трусах. Спешил скорее открыть.
Алла прямо в обуви прошла на кухню, где Вопилов, призвав на помощь всю силу своего актерского таланта, полулежал на столе, выворотив шею, и похрапывал. По сути, это была не до конца реализованная поза «мордой в салат».
— Пьянь! — выпалила Алла. — Все, развод! Да просыпайся ты, скотина! — и она принялась тормошить мужа.
— Алла, стоп, — Кудряшов мягко взял ее за плечо. — Зачем ты приехала? С кем оставила Вовку? Да, Влад хорошо поддал, ну и что? Это не повод бросать ребенка и срываться среди ночи.
— Если бы он просто был с друзьями, я бы ни слова не сказала. Но я-то знаю, что он тут не один. И ты покрываешь все его грязные делишки. Ох уж эта мне мужская дружба!
— Не понимаю, о чем ты.
— Да ладно дураком-то прикидываться. Вы были не одни, и это мне точно известно. Не отпирайся — вас видели. Я не с бухты-барахты сюда приехала.
«Ну, все понятно. Мамуля подсуропила, — прикинул Кудряшов. — А сейчас один комедию ломает, другая истерит, а мне, как всегда, все это разруливать».
В этот момент Вопилов промычал что-то невнятное, приподнял голову, обвел взглядом кретина кухню и остановил мутный взор на Алле. «Игра так себе, любительская, — оценил про себя Кудряшов. — Но Аллочка вроде верит или хочет поверить, а что еще нужно?»
— Поехали домой! — дернула она мужа за рукав. — В понедельник я подаю на развод, а ты веселись с кем хочешь и сколько хочешь!
— Какой развод, малыш? Мне никто кроме тебя не нужен!