— Так вот почему в последнее время она все время хочет, чтобы я приезжала сюда как можно чаще…
— Да.
— Не могу поверить. Вы переедете, и мамы больше не будет рядом…
Когда Игорь рассказал об этих планах, у меня возникло ощущение, словно я теряю маму. Я даже вспомнила о покойном папе. Конечно, это не одно и то же. Мама, слава богу, была жива и здорова. Мне просто не понравилось это чувство — самый близкий человек, к кому ты всегда и в любой момент времени можешь приехать, увидеть и поговорить, теперь будет на другом конце Земли…
Игорь
Я не собирался разрушать Наташин брак. Тем более у нее был ребенок, но она сама так решила. Сказала, что хочет уйти от мужа. Тогда я предложил выйти за меня. Никакой романтики, просто что-то вроде:
— Я ухожу от мужа.
— Может, тогда нам пожениться?
— Я не против.
Ее дочь Полина восприняла меня крайне негативно. Ее можно было понять. Мне самому было жаль девочку, но я не испытывал чувства вины. Наташа сама осознанно причинила боль дочери своим решением.
Мое отношение к Наташе нельзя было назвать безумной влюбленностью. Я встречал женщин, умеющих сводить мужчин с ума, тех, ради кого хотелось надеть костюм супермена. Наташа не относилась к их числу. С ней было очень хорошо, легко, спокойно. Именно такой мне всегда виделась моя будущая жена и хранительница очага. Я не говорю «мать моих детей», так как бесплоден — генетическое нарушение.
Возможно, именно поэтому я выбрал специализацию по акушерству и гинекологии. Если я сам не могу дать начало новой жизни, то хотя бы помогу другим.
Мы с Наташей начали жить вместе. Ее бывший муж не собирался с этим мириться. Он даже угрожал мне. Я тут же дал понять, что не боюсь его и, если что, найду чем ответить на угрозы — мои связи это позволяли.
Со временем мне стало просто жаль его. Даже захотелось помочь или просто поговорить с ним по душам. Хотя, конечно, стал бы он меня слушать…
Наша семейная жизнь была прекрасной. Точно такой, как я себе представлял. Все портило одно — дочь Наташи. Полина продолжала всем сердцем ненавидеть меня и считать виновником крушения ее семьи. Жить с ней в доме оказалось довольно тяжело.
Тем не менее я старался понравиться Полине. Пока она была поменьше, задаривал дорогими игрушками. Она выкидывала их из окна или рвала на мелкие кусочки. Позже устраивал семейные обеды по воскресеньям, покупал ей дорогую одежду, организовывал путешествия, но ненависть и агрессия со стороны Полины только росли. В конце концов пришлось сдаться и бросить попытки наладить с ней контакт. Наташа свыклась с Полининым отношением ко мне. Самой же ей удалось остаться для дочери лучшей подругой, хотя Полина и к маме какое-то время относилась с прохладой.
Наташа очень переживала, узнав, что бывший муж пристрастился к наркотикам. Она пыталась помочь ему, уговаривала пройти лечение, но он уже стал другим человеком. Все, что он делал теперь, — тратил и тратил огромное состояние на свое пагубное пристрастие. Быть может, даже хорошо, что папа Полины умер от передозировки, не успев спустить все до копейки и упасть на самое дно.
Когда его не стало, Полина была совсем не в себе. Мне стало безумно жаль девочку. Я даже беспокоился, как бы она сама не пошла по стопам отца — от подростков с их неустойчивой психикой всего можно ждать. Полина оказалась весьма разумным и хорошим взрослеющим человечком. Добрым, цельным, толковым. Я смотрел на нее и думал: «Если бы у меня была дочь, мне хотелось бы, чтобы она была похожа на Полину».
Я не рассказал Наташе правды о том ударе вазой по голове и не злился на Полину. Она ведь очень любила отца.
Потом наступило несколько лет затишья. Мне даже стало казаться, будто Полина начала лучше ко мне относиться. Она не забывала показывать, что все еще ненавидит меня, но теперь делала это менее агрессивно.
Я не заметил, как Полина совсем выросла и превратилась в красивую девушку, очень похожую на Наташу. Про себя я называл ее «маленькая копия моей жены». Правда, она была такой только внешне. Характеры у них были совершенно разные. Закрытая, не подпускавшая к себе никого, очень серьезная, даже строгая, избегавшая суеты и светскости дочь — в противовес маме, откровенной и общительной, веселой и беззаботной.
Наверное, единственными их общими чертами были аккуратность и элегантность. Ни ту, ни другую невозможно было представить без красивой укладки и маникюра, классического платья или костюма, правильно подобранных аксессуаров и легкого неброского макияжа. В вещах обе поддерживали идеальный порядок. Наша домработница экономила много времени на уборке.