Как и следовало ожидать, бластер выпал из онемевших пальцев. И я ногой отфутболила его подальше, процедив сквозь зубы:
— Извини, но на уговоры у меня нет времени, а я много не возьму…
Перепуганного едва ли не до мокрых штанов громилу пришлось прижать одной рукой к стенке, чтобы он не мешал производить манипуляции. Это было неудобно. И в какой-то момент я оглянулась на Оруэла:
— Помоги! Мне нужны обе руки свободными! Придержи его!
При таком условии полностью деморализованного громилу победить оказалось несложно. Я отобрала необходимое количество крови, протерла ранку дезинфицирующим раствором, а потом не удержалась и потрепала бледного до серости мужика по щеке:
— Ну вот! А ты боялся! Прямо как дитя малое — в обморок при виде шприца! Не стыдно?
Громила не ответил. Страх в его глазах постепенно переплавлялся в ярость, и мне это показалось странным. Я отступила на шаг, чтобы окинуть его взглядом, так сказать, с ног до головы. Но едва я отодвинулась, как Оруэл напряженным голосом поинтересовался:
— Все уже? Он тебе больше не нужен?
Я мотнула головой:
— Нет…
Короткое слово еще звенело где-то у нас над головами, а яоху уже неуловимым змеиным движением с хрустом свернул голову моему невольному донору. Я ошеломленно проводила взглядом упавшее тело:
— З…зачем? Разве это преступление — страх перед сдачей анализов?
Оруэл коротко хмыкнул:
— Ну ты даешь, Ольга! Ты что, не поняла, кого обложила матом? — Я мотнула в ответ головой. — Это же был один из штурмовиков Тейта!
— Кто?.. — слабо пискнула, и сразу же возненавидела себя за этот писк я. Контейнер с кровью убиенного донора не выпал из рук только потому, что они, мои руки, словно свело судорогой от шока.
Яоху покачал головой:
— На каком свете ты обитаешь? На корабле сейчас идет бой. Нас захватили магнитными щупами, шлюз вскрыли, на корабль пробрались две штурмовые группы. Правда, большая часть благодаря предусмотрительности Шрама далеко не ушла. Прорвались лишь несколько особей. Их отловом я и занимаюсь. А тебя куда несет? Шрам что тебе сказал?
Я уже оправилась от первого потрясения. А потому только упрямо мотнула головой:
— Мне надо. Сами же потом скажете спасибо.
Яоху задумчиво смерил меня взглядом с головы до ног, потом кивнул игумару:
— Проводи и обеспечь безопасность. А то Шрам нас вывернет за Ольгу наизнанку.
К счастью, сопровождение оказалось излишней предосторожностью. Больше мы не встретили никого. То ли бой уже стихал, то ли кто-то из нас с игумаром оказался везучим, но я выполнила все задуманное и вернулась назад в каюту, не найдя больше никаких приключений.
Шрам вернулся в каюту, когда я уже покончила со всем, что себе наметила. Кровь буканьера показала настолько превосходный результат, что приготовленной из нее сыворотки, плюс три дозы из моей, хватило, чтобы уколоть всех. У Шрама тоже все прошло довольно гладко. Подручные Тейта совершенно не ожидали, что их будут встречать на выходе из стыковочного рукава. Внезапность сыграла как нельзя лучше, и большую часть нападавших нейтрализовали сразу, пока они не пришли в себя. Нескольких прорвавшихся за кордон, вглубь корабля, изловили позднее, не понеся никаких потерь с нашей стороны. Вот что значит, недооценить противника и страдать излишней самоуверенностью. Однако, радость от этой легкой победы омрачалась тем, что двое заразившихся в лаборатории на Аверсуме не дождались укола спасительной сыворотки. Таким образом, из семерых, сопровождавших Шрама на поверхность планеты, в живых осталось лишь двое. И это был ощутимый урон мобильности и слаженности работы команды.
Я не заметила, как и когда буканьер появился в каюте. От нечего делать сидела на своем рабочем месте и разбиралась с остатками крови убитого донора. Было там кое-что интересное для меня. Шрам же бесшумно подошел со спины и положил мне на плечи большие ладони, заставив вздрогнуть от неожиданности. Капля реактива, которую я как раз выдавила из пипетки, полетела мимо мензурки на стол.
— Прости! — выдохнул Шрам мне на ухо без грамма раскаяния. Горячее дыхание обожгло кожу, шевельнуло на шее выбившиеся из-под резинки волоски. — Не хотел напугать. Заканчивай здесь, ты мне нужна!..
Шрам повернулся и ушел во вторую комнату. А я медленно и осторожно опустила мензурку в штатив и преувеличенно осторожно положила на стол пипетку. Пират не сказал ничего такого особого. А меня окатило жаром так, словно он уже перешел к самым активным действиям. И это пугало. Пугало то, что я могу попасть в зависимость от его рук, от его ласк. Подсяду, как на наркотик. И что со мной тогда будет?