— Первое — нужно проверить информацию про «райскую сыворотку» по внутренним, специфическим каналам. Для этого мне потребуется левый аккаунт. На некоторые порталы не зайти просто так. Далее. Нужно разобраться с тем, что ты добыл для себя. Кому это нечто могло понадобиться настолько, что он прибег к такой сложной и многоступенчатой многоходовке только ради того, чтобы замести все дороги к себе. Оборвать все ниточки, позволяющие установить его личность. Остальное придумаем по ходу действия.
На мою последнюю фразу Шрам отреагировал саркастической улыбкой:
— Приятно, что меня еще не сбрасывают со счетов.
Стыдно мне не стало:
— Не язви, — вздохнула устало. — Еще не известно, в какое дерьмо мы влипли, и как из него выбираться. Может, мой единственный шанс выжить в этой кутерьме — это ты.
На этом обмен «любезностями» мы прекратили. Каждый молча выбрал в пищевом автомате то, чем хотел сегодня позавтракать. Так же молча сели за стол. Механически двигая челюстями, я обдумывала, на какие порталы в поисках информации мне следует зайти в первую очередь. И как сделать так, что мое невинное любопытство не засекли. О чем размышлял Шрам, не знаю. Но у него тоже забот было немало. В первую очередь нам следовало исчезнуть из сектора, где подручным Тейта легко было нас найти. И это понимала даже я.
Шрам заговорил только после того, как мы закончили завтрак, и я произвела манипуляцию по забору крови у него. Дождавшись, когда я заклею ранку заживляющим пластырем, Шрам схватил меня за руку и заставил посмотреть ему в глаза:
— Оля, работы сейчас очень много. Корабль нужно привести в порядок в кратчайшие сроки и уходить в гиперпространство. Здесь оставаться — непростительная глупость. — Я непонимающе уставилась в сиреневые глаза. О чем это он? — Но даже если я задержусь, пожалуйста, не лезь без меня в сеть. Я доверяю тебе. Но хочу присутствовать. Возможно, смогу что-то вовремя подсказать.
Осознав, что никто не собирается мне ничего запрещать, я согласно кивнула:
— Хорошо. Буду ждать.
[1] Вируле́нтность (от лат. virulentus — «ядовитый») — степень способности данного инфекционного агента (штамма микроорганизма или вируса) вызывать заболевание или гибель организма. Вирулентность является мерой патогенности.
[2] Патогенность — способность микроорганизма вызывать заболевание, проникая в организм хозяина.
Глава 7
Так уж получилось, что в каюту мы со Шрамом вернулись вместе. После того как корабль все-таки совершил гиперпрыжок. До этого времени я обошла «своих» больных, всем впрыснула приготовленную перед этим сыворотку и тихо порадовалась, что все уже шли на поправку. Не знаю, что намудрили с системой вентиляции корабля, но зараза больше не распространялась, новые заболевшие не появлялись. Можно было считать, что эпидемия на корабле подавлена, но я собиралась предложить Шраму на всякий случай впрыснуть сыворотку всем членам его экипажа. Возможно, я ошибалась и слишком перестраховывалась. Но мне почему-то казалось, что лишним это точно не будет.
Закончив с больными и выздоравливающими и наведя в своей мини-лаборатории порядок, я нашла Шрама и предложила свои услуги по приведению корабля в надлежащий вид. Все равно мне сейчас делать было нечего, а команда носилась, как угорелая, чтобы все успеть. Да, я не астронавт и многого не понимаю. Но если мне нормально объяснить, то сделаю не хуже других. Одарив меня острым взглядом, Шрам велел разобраться с тем, что его люди принесли с пристыковавшихся кораблей. Пираты, они везде пираты: уничтожив команды агрессоров и перед тем, как бросить сами корабли пустыми оболочками в космосе, подчиненные буканьера вынесли с них все, что только было можно. Особо, конечно, там было не с чем разбираться. Но, поскольку я не медик, то некоторое время у меня на это ушло все равно, приходилось вчитываться в инструкции. И Шраму пришлось почти за шкирку собственноручно тащить меня в капсулу, едва я успела определить на свое место последний флакон медицинского заживляющего пластыря-клея.
Мы оба устали за этот день так, что не было сил разговаривать. Но тем не менее, молча вернувшись в каюту после того, как корабль лег на заданный курс, приняли душ и взяли в пищевом автомате себе то ли поздний обед, то ли ранний ужин. И только съев его (Шрам — очередное мясо, а я кусок какой-то инопланетной рыбки), оба устроились у стола с терминалом.
У меня не имелось ни малейшей догадки, почему Шрам захотел присутствовать при том, как я ищу информацию по «райской сыворотке». Он тихо сидел у меня за плечом в то время как я создавала фейковый аккаунт, как особыми приемами наматывала историю посещения на нем. Это было муторно. Но вновь созданные аккаунты не допускались к той информации, до которой я надеялась добраться.