Вторая статуя оказалась немного более проворной.
Меч был бесполезен.
Статуя уклонялась от ударов Тони, извергая поток острой гальки. Тони ощущал, что его новооткрытая сила начала убывать в нападении. Он отбивал груды камней мечом, но обстрел был слишком сильным, в конце концов, руки ослабели.
Свирепость атак живой статуи только возросла. Тони слишком устал даже, чтобы увертываться от летающих с реактивной скоростью булыжников. Новая волна камней прибила его к земле, сломанные ребра вышибли воздух из легких.
Тони скатился в дыру в земле, образованную статуями, когда те освободились со своих постаментов. Его грудь была в огне, быстро поднимаясь и опадая от сбивающегося дыхания. Тони встал на колени, собирая энергию.
Внезапно, он выскочил из дыры и помчался к голему, полный сил. Статуя возобновила смертоносный град, но Тони заставил себя уклоняться от камней, пока не достиг ее. Он пробежался по спине гиганта, засадив пару сильных ударов ногой в затылок.
Но цена за это была высока. Тони испортил свое приземление и рухнул в груду на полу. Но его рот расплылся в широкой улыбке.
- Это не то, чего ты ожидал, да?
Прежде чем окончательно рассыпаться статуя упала на колени.
- Пока, большой парень.
Тони остановился, чтобы восстановить дыхание. Отсутствие публики давало ему редкий момент честности. Его ироническая улыбка и театральный красный плащ были не более чем бутафорией, защитной маской, ставящей его врагов в оборону и заглушающей его боль. Обычно он мог похвастать стремительным выздоровлением, но сейчас Тони открыл для себя, что он восстанавливает энергию еще быстрее, чем обычно. Его дыхание вернулось к норме, и вспышки боли в груди исчезали.
- Я не могу заставить Принцессу ждать, - бормотал он.
Тони еле передвигал ногами, приближаясь к тьме. Нервы дико отзывались на каждый шаг, будто убеждая повернуть назад. Это было то же чувство, что и раньше, удушение от иного мира, которое дало о себе знать в Клубе Оз. Но интенсивность была значительно выше. Гнетущая атмосфера ощущалась почти физически. Возвратилась подобная патоке медлительность как на эскалаторе.
-ДАААНННТЕЕЕ!
Тони, среагировав инстинктивно, вытянул вперед меч и бросился в темноту. Через долю секунды что-то со смертоносной скоростью бросилось в точку, где он стоял.
Тон развернулся, чтобы увидеть своего нового противника.
- Маска? Вы смеетесь надо мной?
Действительно, это была маска, деревянная и первобытная. Вытянутое лицо было таким же по размеру, как и меч Тони. Она с легкостью кромсала шершавые стены подвала и бумерангом возвращалась к пепельноволосому наемнику.
Тони отпрыгнул в сторону, когда разрисованная маска пролетала. Пробираясь по темноте, он вышел в огромный зал.
- Последний уровень, да? Если вы спрашиваете меня, это чересчур.
Зал был пуст, за исключение исполинского узловатого дерева. Оно упиралось в каменный потолок, отчаянно пытаясь выкарабкаться к небу. Визжащая обезьяна бежала вдоль ветви, сжимая деревянную маску.
Тони сузил глаза. Ненастоящая обезьяна. Ужасная тварь излучала безысходность.
Но более ужасающим было дерево. Ниже толстых ветвей была вырезана тонкая изящная статуя, лицо которой было искажено болью.
Тони сразу распознал сходство. Джессика.
Он понял: это вообще не статуя. Это Джессика, пойманная в ловушку жуткого насилия, приобретшая форму осмеянной жизни. Тони охватила слепая ярость.
Обезьяна ощутила изменение в нем. Она отбросила деревянную маску и бросилась на Тони с невероятной скоростью.
Не было и шанса.
Не более чем через секунду Тони разрубил тварь, ее черная кровь стекала по красному плащу. Тони это не беспокоило. В бешенстве он мчался назад, к живой статуе.
- Принцесса!
То, что когда-то было Джессикой, смотрело на Тони деревянными глазами, роняя слезы. На секунду знакомый голос сквозь боль прохрипел странные звуки, неспособный произносить слова. Дерево росло с каждым мучительным мигом, порождая черную ауру. Страдания Джессики возрастали с каждым ударом сердца.
Тони знал, что дерево связано с демонической болезнью, которую он ощущал ранее. Нет, это нечто большее. Это мост.
- Верно. Дерево создает путь между нашими мирами.
Тони, обернулся на голос, который, казалось, прочел его мысли. Он оказался лицом к лицу с обезьяноподобным существом. Оно, невредимое, раскачивалось перед ним.
- Такие царапины не беспокоят меня, - сказал демон, словно поучая глупого ребенка. Его лицо было скрыто деревянной маской. - Дерево растет, питаясь человеческим отчаянием. Этот ребенок был единственным, что потребовалось, чтобы войти в этот мир.