— Я точно четыре дня провалялся без сознания? Куда пропало всё клубничное мороженое? Я точно помню, что тут оставалась не одна порция, а гораздо больше.
Да, это было, наверное, один из тех моментов, когда Вергилий и Данте были похожи друг на друга — оба брата любили клубничное мороженое. Сколько раз в детстве они дрались друг с другом за последнюю порцию, или спорили на неё. На лице Вергилия на секунду проскочила ухмылка — брат никогда не мог усидеть на месте, и если тему для спора выбирал именно он, то порция всегда доставалась ему. Если же Данте — что же, он всегда мог найти обходные пути для получения желаемого. Повернувшись, полудемон увидел, что его гостья смутилась ещё сильнее, от чего казалось, что её рыжие волосы загорелись.
— Я…это…ты бредил, пока был без сознания…я волновалась…и…не сдержалась. Я нервничала, между прочим! — вспыхнула девушка, заметив, что Вергилий ухмыляется.
— Я это заметил. Тут было порций на неделю минимум, а ты съела всё одна за четыре дня. Ну, почти всё.
Чуть вздохнув, Вергилий достал из морозилки последнюю коробочку с мороженым. Если бы он мог посмотреть на себя со стороны, то увидел бы, что по его лицу пробежала тень улыбки и чего-то похожего на грусть. Но вот его взгляд… Лили, посмотрев на него, почувствовала укол в груди. Что-то в его взгляде заставляло сердце разрываться: там была и боль, и печаль, и желание сделать что-то, но при этом там была и обречённость.
— Бед… Вергилий? — тихо позвала его девушка, чуть коснувшись его руки. По руке прошла дрожь, а сам слизеринец медленно перевёл взгляд на неё. — Ты в порядке?
— А не должен?
— Просто… у тебя такой взгляд…я подумала, что тебе снова стало плохо.
— Не хуже, чем было несколько дней назад, — сын Спарды не хотел признавать, но дрожь в теле чуть спала. Но взгляд всё же отвёл, хотя по глазам собеседницы он понял, что та ждёт ответа. И в этот раз ему будет тяжелее увернуться от вопросов. — Чего ты хочешь, Эванс?
— Поговорить, — серьёзно ответила девушка, откинувшись на спинку стула. — Я же вижу, что тебя что-то гложет. Нечасто, но сильно.
— С каких пор ты стала такой наблюдательной?
— С тех самых, как познакомилась с тобой, и пыталась хоть что-то о тебе узнать. А раз ты не раскрывался, приходилось понимать тебя лишь по тому, что я вижу. И думаю, что после случившегося, я имею права узнать хоть что-то. Я не прошу, чтобы ты рассказал мне всё, но попробуй рассказать хоть что-то — тебе станет легче, Вергилий.
Полудемон отчётливо заскрипел зубами, но не от ярости, а скорее от бессилия и усталости. Держать всё в себе он привык с восьми лет, с тех пор, как началось его демоническое воспитание. И кому-либо рассказать хоть что-то? Немыслимо. Тем более обыкновенному человеку. Хотя он ведь и сам…человек наполовину. Да и чем Эванс может ему помочь? О чём он и спросил девушку.
— Я могу просто выслушать тебя. Знаешь ли, это помогает. Как на приёме у психолога. И называй меня Лили. Раз уж начали называть друг друга по имени…
— Как у психолога, говоришь? — хрипло рассмеялся полудемон, бросив взгляд на чуть подтаявший пломбир. — Значит, можно успокоиться другими средствами. Угощайся.
Пододвинув десерт девушке, Вергилий встал из-за стола, пропав на пару минут. А вернулся он с бутылкой виски и одним бокалом.
— Нечего на меня так смотреть. Я редко когда позволяю себе снимать таким образом стресс. В последний раз пришлось это делать после нашего директора.
— Профессор Дамблдор? А что случилось?
— Скажем так — его проповедь про Свет и Тьму заставила меня кривиться так, словно я съел все его лимонные дольки в один присест. Думаю, стоит заслать нашего директора в ставку Тёмного Лорда, и проповедовать, проповедовать. Ужас. Но ты явно не о нём хотела поговорить, дракониха, — хмыкнул он, налив себе пол бокала, и одним разом опустошил его. Может это дело в остаточной слабости от церемониального ножа, или ещё что, но… — Спрашивай, но говорю сразу — не на все вопросы ты можешь получить ответы.
— Ты…никогда не говорил про свою семью. Только вскользь упоминал, что у тебя есть брат, но ни разу не упоминал о родителях.
— А есть смысл? Зачем часто упоминать тех, кто мёртв?
— Они… п-прости…я… не знала… — тихо произнесла Лили, опустив взгляд. И зачем она только спросила?
— Не стоит извиняться. Ты не знала, и всё. Это было давно.
— И ты… не скучаешь по ним?
Вергилий пожал плечами. Он не задумывался об этом последние года, не до этого было.
— Следующий вопрос?
Девушка чуть нахмурилась, но спорить не стала, некоторое время отдав мороженому.