— Ты же поможешь ему?
— А как иначе? Он заплатил за эту работу, так что я сделаю всё, что в моих силах. Если же нет — что ж, так тому и быть.
— Но…
— Не пытайся давить на жалость, дракониха, не поможет. Жалость исчезла ещё тогда, когда впала в кому в детстве. Его сестра пропала неделю назад, они до этой пропажи год не виделись, лишь общались по телефону, и если здесь замешан криминал, то будет найден лишь её хладной труп. Идём.
— Что? Куда?
— В полицию. Нужно попросить дела на этих людей, посмотреть, что и как. Возможно, он мне что-то не договорил или соврал.
— А я тут причём?! — воскликнула Эванс.
— Раз уж назвалась помощницей, то изволь исполнять. Так что на сегодняшний день ты у нас становишься напарницей детектива, то есть, меня.
— Ты сам меня так назвал, демон. Вот сам и виноват.
— Это уже детали, — отмахнулся парень, одевшись в плащ и надев шляпу. — Но можешь остаться здесь, если хочешь. Не настаиваю.
Девушка минуту сверлила Вергилия взглядом, прежде чем сдалась. Знает же, на что давить — на её любопытство. Так что, взяв сумочку, в которую положила сегодняшний блокнот (на вопросительный взгляд парня она показала ему язык), она была готова идти. Слизеринец, хмыкнув, щёлкнул пальцами, и на Эванс преобразилась одежда. Теперь она была похожа на его собственную, но подогнанную под фигуру.
— Не выделяйся, дракониха, — хмыкнул Вергилий, открывая перед ней дверь.
Добравшись до нужного места, Лили отметила, что полицейские узнают Вергилия, правда, если часть полицейских смотрела с неким уважением, то некоторые смотрят так, словно он им на ногу наступил. И не один раз. А одному особенно.
— Опять ты?!
— И тебе привет, Карл, — любезно поприветствовал полицейского слизеринец, словно и не услышав возмущения в его голосе. — Как поживаешь?
— Хорошо, пока тебя не увидел! Что ты тут забыл?!
— Да так. В архив хотел заглянуть со своей напарницей, проверить кое-что на одного своего клиента. Свен Нойман, он ищет свою сестру Фелицию.
— Снова лезешь в наше дело, Вергилий? Сколько раз повторять тебе…
— Я не виноват, что ваши люди давно позабыли, что такое спорт, раз не способны толком преследовать преступника, и не умеют нормально заниматься поисками. Поэтому люди и обращаются ко мне.
— Ты такой уб… такая скотина, Вергилий, — устало потёр глаза собеседник слизеринца. — Выразился бы по-другому, да тут дама находится.
— Он, скорее демон, — негромко сказала Лили, да её услышали.
— Вот! Даже твоя напарница не считает тебя нормальным! Кстати, откуда у тебя напарница? Ты же всегда один нам надоедал!
— Не так давно появилась, — уклончиво ответил слизеринец, ухмыляясь. — Так что насчёт архива?
Полицейский вымученно застонал, возведя взгляд к потолку. Вергилий даже не поменял своего положения, продолжая смотреть на полицейского.
— Когда-нибудь, в один прекрасный день, я с большим удовольствием арестую тебя, Вергилий. Просто ради того, чтобы стереть ненадолго ухмылку с твоего лица. Идёмте.
Карл повёл посетителей в отдельную комнату, где приказал (взгляд так и показывал, что приказ в большей степени относится к слизеринцу), сидеть здесь и ждать, а сам вышел. Девушка обеспокоенно спросила у Вергилия насчёт слов полицейского про то, что он хочет его арестовать, на что парень лишь хмыкнул.
— На самом деле, Карл неплохой полицейский. Насколько таким может быть человек, облечённый властью. Большинство наших встреч оканчивались тем, что ему приходилось краснеть перед начальством, что его отдел обошёл юный детектив.
— Большинство, это сколько?
— Ну, сейчас счёт пятнадцать против семи в мою пользу. Он постоянно грозится меня арестовать, но пока так этого не сделал.
— Вот копии, — с раздражением в голосе проговорил Карл, войдя в кабинет и чуть ли не бросив папки на стол. — Не знаю, что ты хочешь там найти, Вергилий, но мой отдел всё изучил, и уже работает. У вас полчаса, после чего — убирайтесь с глаз моих.