– Почему у неё телефон отключен?
– Так там батарейка совсем полетела. Сегодня вот схожу на рынок. Ребята обещали подыскать такую же.
– Давай, я пришлю вам новый телефон.
– Да не надо, доча. Сегодня я сам решу этот вопрос.
– Папа!
– Так, Яна. Ты дочь военного. Приказы выполнять без обсуждений. Не волноваться, хорошо учиться. До завтра! – чётко сказал он и отключился.
– Ну что ты будешь делать! – бросила я мобильник на кровать.
Ника потянулась после сна и прошлёпала к столу:
– Папа правильно говорит. Иди в универ. Надо учиться.
– А ты опять прогуливаешь?
– Я пойду к третьей паре.
День к моему удивлению прошёл спокойно. Никто не потревожил меня лишними звонками.
Одногруппники общались со мной как обычно. Либо не знали, либо не верили в эти нелепые слухи и обвинения. Только вот ближе к вечеру меня стал охватывать мандраж. Я пока не знала, что меня ждёт у следователя.
– Ты так пойдёшь? – спросила меня Ника перед моим уходом.
– Как так?
– В платье?
– Ну. Оно тёплое.
– А если тебя арестуют сегодня? – её слова неприятно задели меня. – Надела бы джинсы, например.
– Я не виновна, – ответила ей и переодеваться не стала.
В полицейский участок я добиралась на общественном транспорте. Упрямая подруга сбросила мне на карточку денег. Но я не стала их тратить. Ещё пригодятся. К следователю – это не на свидание идти. Он переживёт как-нибудь мои раскрасневшиеся на морозе щёки.
Меля днём звонила мне два раза. Про маму пока ничего не известно. Её ребята по пути сломались и поэтому вынуждены были вернуться обратно. А Злата Белова и вовсе уехала отдыхать на несколько дней.
– Следующая остановка – Фрунзенская, – вырвал трамвайный диктор меня из моих мыслей.
Я встала и приготовилась к выходу. Сердце моё щемило, а в носу нещадно щипало. Хотелось к маме. Хотелось домой. Хотелось справедливости…
***
– Присаживайтесь, Яна Витальевна! – сухим голосом сказал Петров. – Вы, конечно, без адвоката?
– Мне он не нужен.
– Можете снять куртку. Мы здесь с вами надолго.
– Я так и сделаю.
Я повесила куртку на напольную вешалку.
– Вы упрямая до невозможности, – услышала я за спиной.
– Может быть… – я достала из кармана повестку и передала ему.
– Я же просил вас... Просил, чтобы вы подготовились…
– У меня нет денег на адвоката. У меня мама нехорошо болеет. И вы об этом прекрасно знаете.
– Вот поэтому вам и нужно было найти деньги, – грозно проговорил следователь.
– Да? – налетела я на него. – Деньги? А зачем? Вы берёте взятки? И тут же закроете дело? Тогда я готова.
– Замолчите немедленно, Новицкая. Не совершайте новых преступлений.
– А я и ничего не совершала. Пока…
– Сядь! – гаркнул он на меня ещё раз.
Я села на предложенный мне стул и стала пялиться в стену.
– Сегодня в университете спорта, догадайтесь, что произошло?
– Неужели шубку украли? – мои колени задрожали. – На этот раз какого цвета?
– Сарказм ваш здесь совершенно неуместен. Да, украли, – в его голосе слышалось сожаление. – И вас снова опознали по фотографии. Представляете, Яна Витальевна? Где вы были четыре часа назад?
У меня закружилась голова. Я ходила в это время на почту. А она находится рядом с этим универом…
– Я так понимаю, никто ваше алиби подтвердить не сможет?
Я молчала. У меня не осталось ни идей, ни предположений.
– Я так и знал, что вы сегодня придёте без адвоката. Поэтому я пригласил его в рамках государственной системы бесплатной юридической помощи.
– И что? – рассмеялась я. – Думаете, поможет? Наслышана я о такой помощи. Сейчас будет уговаривать написать чистосердечное признание. Суд учтёт…
– Да не перебивайте вы! Так и знал, что вы будете упираться. Поэтому сделал это за вас, – недовольно проговорил он и добавил: – Этот адвокат поможет.