– Тебя не пустят в общагу в двенадцать.
Градусник под мышкой запищал. Евгений вытянул его и снова прикрыл меня одеялом.
– Меня? Не пустят? Такого ещё не было, – усмехнулся он и тут же нахмурился, глядя на градусник. – Вот что, милашка. Собирайся давай. Поедешь ты со мной.
– Куда? – испугалась я. – Я в больницу не поеду.
– Зачем в больницу? Ко мне поедешь. У тебя тридцать девять и девять. Нечего тут одной прохлаждаться. Кто маму будет спасать?
– Куда я к тебе поеду? В гостиницу? – я ничего не понимала.
– Домой. Где твой телефон?
– Кажется, в кармане куртки. Я не помню…
Он встал, подошёл к двери и стал перебирать верхнюю одежду, висевшую у входа.
– Эта, кажется, твоя?
– Моя.
Он достал телефон и разблокировал его. Я не ставила пароль. И он, видимо, это видел.
Казимиров набрал чей-то номер.
– Амелия, не помешал? Тут у подруги твоей температура высокая. Я хочу её к себе забрать на пару дней. Ага. Тебе сообщаю, чтобы ты не волновалась. Её телефон будет отключен. Она позвонит с другого номера. Так, панику отставить. Завтра у неё встреча с попутчиком. Некогда нам возиться. Туда-сюда только ездить будем.
Он выругался и отключился.
– С бабами вечно одни проблемы. Надеюсь, она тебя не начнёт разыскивать через интерпол. Собирайся, Яна. Немного… возьми одежду. Всё только самое нужное. Остальное я куплю. Ну, что застыла? Ты поедешь со мной?
– Поеду, – с трудом проговорила я.
Хотела добавить, с тобой – хоть на край света. Так надёжно я чувствовала себя рядом с ним. Вопреки всей логике.
– А как же моя жена и двое детей? – в его глазах зажглись озорные искорки.
– Подслушивал? – улыбнулась я.
– Так получилось. Собирайся, малыш.