- Все, все, успокойся, я прошу тебя.
Но уже не слушала его. Ревела взахлеб, в голос, от боли и тревоги, что разрасталась в груди. Почему его заберут, ведь если бы он не остановил этого мерзавца… Разве виноват, за что его наказывать? Мне захотелось прижаться к Тиму крепко-крепко, чтобы никто не посмел отобрать и увести. Нельзя этого делать, как я без него буду жить, они не посмеют! Потянулась к парню, заставив замолчать и повернуться ко мне.
Задержала взгляд на его лице и решительно поцеловала прямо в губы, обмирая внутри от собственной смелости. Никогда раньше не целовалась и не представляла, с кем будет мой первый поцелуй. Но сейчас казалось так своевременно, правильно, что позволила себе просто погрузиться в чувства, которые нахлынули неожиданно.
Губы Тима оказались не жесткими, а мягкими, упругими, он на секунду застыл, а потом крепко прижал к себе, обхватив мое лицо ладонью. И ответив на поцелуй с таким пылом и жадностью, что враз закружилась голова. Я с силой вцепилась в волосы парня, желая быть еще ближе и теснее, слыша, как он выдохнул со свистом, проговорив мне в макушку:
- Солнышко мое, что же ты творишь? Нельзя так, это из тебя стресс выходит, Лисичка!
Показалось, что от его дыхания наэлектролизовались волосы, чтобы странной энергией побежать по телу, превращаясь в мурашки. Иначе с чего меня так трясет от эмоций? Тим посмотрел в глаза, и я вздрогнула, увидев в зрачках собственное отражение. Мне нравится это видеть, нравится, как глухо бьется в грудной клетке его сильное сердце, как частит пульс, и губы снова ищут мои, своим жаром перекрывая дыхание. И это было естественно, мой первый поцелуй, случившийся так неожиданно, с каплей запретности, отчаянного наслаждения, безысходности, с привкусом безумия.
Словно сейчас я обретала что-то очень важное, чтобы совсем скоро безвозвратно потерять.Я взглянула поверх плеча Тима, наткнувшись на полный ненависти взгляд нашей заведующей, стоявшей в открытых дверях котельной с каким-то мужиком. За ее спиной виднелся наш физрук, Демоны и еще кто-то.
- Что здесь происходит? Тимур, я тебя спрашиваю? Да отпусти ты ее, наконец, постыдились бы! Нашли место для свиданий.
Тут ее взгляд упал на лежащего Виктора, к которому бросилась с невнятным возгласом. А дальше все происходило, как в замедленной съемке. Видимо, из-за наступившего отката, про который упоминал Тим. Слишком холодно, поэтому я трясусь в ознобе, не понимая, как в маленькое помещение котельной могло набиться столько народу.
Несмотря на все усилия держаться, спокойно взять себя в руки, меня колотило все больше, нервы не справлялись с психологической нагрузкой. Ужас чуть не случившегося, отвращение от поступка Виктора, возмущение и стыд, смешались причудливыми эмоциями, выжигая адреналин из крови, грозя превратить в ледяную статую. Кто-то набросил на плечи куртку, в которую вцепилась, как в спасательный круг. Для того, чтобы ее застегнуть, мне пришлось встать, теряя теплые объятия Тима. И почему молния постоянно разъезжается под непослушными пальцами?
Видела, как сосредоточенные люди что-то делают в углу у тела Виктора. Очнулась от непонятной заторможенности, когда Тима повели на выход. Он кивнул мне на прощание, заставив снова ощутить влагу слез на щеках. Рванула было следом, оттолкнув с дороги Антона, протягивающего носовой платок, но тот придержал за руку, проговорив:
- Лиза, тебе не дадут к нему подойти, нельзя уходить, надо ждать.
И я ждала, что стало для меня главным. Набраться терпения и ждать, когда кончится этот кошмар и Тим будет рядом. Все остальное неважно, поэтому слилось для меня по времени и действиям, прокручиваясь снова и снова, день за днем, неделя за неделей. Я ходила на допросы, сидя в кабинетах рядом со своим представителем. Бесконечно отвечала на кучи вопросов. Одни и те же, в разной последовательности.
И верила, что если правдиво отвечу, что же произошло в котельной на самом деле, то это поможет разобраться и тогда сегодня, ладно, завтра, но уже точно, Тим вернется. Улыбнется своей потрясающей улыбкой и скажет: