- Нравится? - и бабушка рукой указала на фрески. – Сонечкина работа, она по профессии художник, с детства любила рисовать, только вот тихая очень, непробивная, а в искусстве надо тоже локтями работать, чтобы успеха достичь. Она не умеет, так увлечение и осталось хобби. Хорошо, что муж бизнесом занимается, всем обеспечивает, не дает самой о хлебе насущном заботиться. Только жаль, что им бог детишек не дает, Сонечке было бы чем заняться в большой семье.
- А они давно женаты, может, еще будут?
- Да седьмой год, но вот не получается. Да, что это я, тебе же про них вряд ли интересно слушать.
Это так, что мне до чужих проблем, в своих бы разобраться. Сначала в том, что же случилось с мамой. Я уже знала, что ее встреча с моим будущим отцом тоже случилась в стенах академии. Куда Настя однажды пришла по просьбе отца, Он собирался познакомить дочь с репетитором английского языка. Из-за частых смен школ у девочки снизилась успеваемость.
- А Павел очень хотел, чтобы дочери после окончания школы, без проблем поступили в престижные университеты столицы. Вот и позаботился заранее о проблемах с успеваемостью, решил Насте подтянуть знания.
- А неприятности возникли там, где их никто не ожидал? Я права?
- Да, Лиза, ты очень проницательна, девочка. Настя влюбилась в своего преподавателя со всем пылом первой любви. Ее не испугал ни собственный возраст, ни то, что избранник старше на двадцать лет, женат, и в его семье подрастают двое детей. В юности кажется, что это так просто, не любит, так надо развестись и жить с любимой. Он и собирался развестись, тоже любил, Настеньку нельзя было не любить, вот и не устоял. Случилось то, что было для них предначертано. Дочка не побоялась ни гнева родителей, ни того, что забеременела, будучи в шестнадцать с небольшим лет сама ребенком. Наоборот, она просто светилась от счастья, только, что не летала и любила своего Алексея. Надо помнить, какое непростое время было в стране, а тут еще связь высокопоставленного офицера с несовершеннолетней девочкой, так, что у них не было ни шанса. Пятно на репутации, карьере обеих семей - самое малое, что грозило всем, так или иначе, связанным с этой историей.
- Но они могли бы пожениться после развода Алексея, плевать на карьеру, любовь и ребенок дороже!
- Как ты похожа на мать, Лиза. Почти теми же словами она пыталась отстоять свое счастье. Но его жена не захотела давать развод мужу, мало того, она пришла к Павлу с требованием, чтобы тот повлиял на дочь. Муж вспылил, узнав подробности, и дал ей слово офицера, что его дочь не будет разрушать чужую семью, лишать детей отца. Разразился громкий семейный скандал, после которого муж просто запер Настю в ее комнате на несколько месяцев, тем самым исключив все возможности видеться с Алексеем. Тот несколько раз пытался поговорить с Павлом, увидеться с Настей, но сделал еще хуже, окончательно озлобив мужа. Он решил полностью убрать Алексея из окружения дочери приложил немало усилий, чтобы того перевели на Дальний Восток, в один из далеких закрытых городков приморского края. Я просила мужа не поступать так с дочерью, но он, словно с цепи сорвался, не хотел никого слушать. Еще бы, малолетняя дочь генерала связалась с его подчиненным, нанесла удар в спину, попрала авторитет и выставила никчемным отцом. Этого Насте не мог простить.
- Но она же, была его дочерью, бабушка, да еще и беременной малышом. Он должен был ее защищать, хотя бы из-за этого?
- Святая ты простота, Лиза. Впрочем, тебе простительно, ты не знала Павла. Оказалось, что и я, прожив с этим человеком долгие годы, не знала, каким зверем он может быть. Переступить через судьбу собственной дочери, наплевать на семью, на семейное счастье, в угоду своим амбициям. Настя всегда была худенькой девочкой, заметен живот стал на довольно большом сроке, на пятом месяце. Дочка стала больше кушать, я радовалась, что у нее появился аппетит, ведь после всего случившегося была просто прозрачной. А оно вон, как все сложилось. Когда она призналась в своей беременности, скрыть от мужа было невозможно, живот рос с каждым днем.
- Бабушка, но ведь ты могла ей помочь, так почему же, я родилась на ступенях роддома, а не в семье?
Антонина Петровна в ответ только тяжело вздохнула, надолго замолчав. Видимо, обдумывала, как продолжить дальнейший рассказ. Я ее не торопила. Мне тоже было о чем подумать. Этот разговор был не первый, тайны семьи открывались не сразу, было видно, что с моим появлением вскрываются незажившие, болезненные раны. Но, если честно, мне не было жалко участников этой истории. Никого, кроме мамы, которой не оставили выбора, заставив столкнуться со всей жестокостью людской подлости. Казалось, что у этих людей все было, они смогли бы воспитать ребенка дочери, а людская молва…. Поговорят и забудут. Но нет, все изощреннее и подлее. Девочку заставили бороться с взрослыми за свое крохотное счастье. Я знаю, каково это, какие стальные нервы и дубленую шкуру надо отрастить, защищая себя. Как сложно бесправным бороться с системой равнодушия, особенно, когда на ее сторону переходят самые близкие, родные, вместо того, чтобы защитить, уберечь в самый трудный период твоей жизни.