Жаром бьет между ног от осознания. Что я делаю, с кем.
Стону, когда мужчина резко толкается вперед. Такой огромный, крупный, с гладкой кожей. Заполняет меня всей длиной, головка бьется о горло.
Я кашляю, хватаю воздух губами, на глаза собираются капли слёз.
Нил отстраняется на секунду, дает мне привыкнуть.
А я смотрю как от его члена тянется ниточка слюны к моим губам.
Так распутно.
Порочно то, что я чувствую.
Как кислород превращается в пар. Бьет по щекам. У меня между ног влажно, смазка пачкает бедра.
Он заставил сделать ему минет, а мне... Мне не противно.
Мне странно и хорошо.
Это грех, то что со мной делает мужчина. Как его жестокие поступки вибрацией бьют по мне. Возбуждением закручивает.
– Блдь, - Хаз ругается, когда комнату заполняет рингтон мобильного. – Не отвлекайся, Надь.
Он снова внутри. Я губами обхватываю его член, сама двигаюсь вперед. Дергаюсь, когда мужчина держит меня, не позволяет отстраниться.
Я втягиваю воздух через нос, задыхаюсь.
Это помешательство.
Мания.
– Слушаю. Давай, Вадим, я... - чертыхается, когда я провожу языком. – Занят я. Да!
Я сижу перед ним на коленях, у меня между ног жара, потоп. Меня трясет от возбуждения, от того, как всё неправильно между нами, возбуждающе.
А он говорит с братом.
– Сейчас? Да, буду, - вздыхает рвано, его тело напрягается. Чувствую, насколько мужчина взвинчен, зол. – Поднимайся, куколка, нужно возвращаться. Дома продолжим.
Дома?
При всех?
Глава 25
– Сколько времени ты со своим женихом? – спросил Хаз, когда мы вышли на улицу.
Наш дом – его видно отсюда, как уютно горит свет в окнах, я сквозь метель вижу эти размытые оранжевые полосы.
И вокруг никого, ни машин, ни людей.
Может, полицейские начали обход с нашего дома и уже вернулись на трассу? Если и был шанс, что Хаза заметят, то теперь можно и не надеяться.
– Несколько месяцев с женихом, - отозвалась сдержанно.
Леша, вообще-то, не совсем жених, предложения мне никто не делал. Он просто мой первый парень.
Должен был стать первым.
В голове никак не укладывается то, что случилось в кабинете. У дяди Валеры. Если мы этой ночью выживем – я в гости к папиному другу больше никогда не пойду.
– Несколько месяцев, - повторил Хаз. – Он импотент?
– Кто, Леша? – удивилась. – Нет…почему?
– Леша, - на имя моего парня он хмыкнул. Он шагает рядом.
Моя узкая ладонь лежит в его широкой, и как же это похоже на обычную прогулку, словно мужчина после похода в кино провожает меня до дома.
– Импотент, - повторил Хаз.
– Да почему?
Он повернулся. Взглядом скользнул по моему лицу. Пальцем мазнул по моим приоткрытым губам.
– Как он ни разу не попросил отсосать ему?
Дернулась, в попытке вырвать руку, Хаз не отпустил.
Стоим и смотрим друг на друга, мне хочется провалиться под землю.
Какая уж тут прогулка после кино, от его слов у меня уши огнем горят и пульс стучит в висках.
– Я не буду это обсуждать, - сказала дрожащим голосом и отвернулась.
– Ты интересная, Надя.
Он двинулся дальше и потянул меня за собой.
Сунула нос в воротник куртки.
Не хочу я быть интересной для психопата-убийцы, как-то это совсем не радует. Уже дошло до того, что…
Нет, нет, не думать, не вспоминать, ничего не было, я не видела его член, не пробовала, нет.
Молча зашли в ворота, на снегу – провалы от шагов полицейского, которые уже заметает пурга.
По его протоптанным следам добрались до дома.
В холле, пока убирала куртку в шкаф, косилась в сторону столовой и прислушивалась.
Гости шепчутся.
Как же жаль, что они в это вляпались, кто просил Любу приглашать их?