— Подхалим! — фыркнули девчонки, и Павел замолчал, но так же продолжая, следовать за нами.
Когда мы вошли в универ, то сразу направились к расписанию занятий. Первая и вторая пары у меня у Степановой. Я грустно вздохнула. Попрощавшись с девчонками, каждая из нас направилась в свою аудиторию, кроме Паши. Этот репейник последовал за мной.
— Ростков, что тебе нужно? — не выдержала я.
— Я... вчера слышал... и кое-что видел... — начал он снова мямлить.
— Ну и?
— Вы с Орловым встречаетесь? — его вопрос вызвал у меня смех.
— Конечно, — ответила я, просмеявшись.
— Как? — округлил он свои глазенки.
— Каждый день видимся в универе. А ты о чем подумал? — укоризненно взглянула я на него.
— Ни о чем. Просто... — быстро протараторил он, но смутившись под моим взглядом, замолчал и больше не стал возвращаться к этой теме.
Ростков проводил меня до аудитории, попрощался и поспешно ушел. Какой же он странный. Захожу в аудиторию, и меня встречает смех и галдеж моих одногруппников.
— Привет, бандиты! — поздоровалась я с ними.
— Привет! — в унисон ответили они.
Я подошла к парте, села на своё место, и заметила, что Марины и Арины еще нет.
— О чем болтаете? — спросила я, глядя на одногруппников.
— А ты не в курсе? — обернулась ко мне Юля.
— Не в курсе чего? — не понимающе уставилась на нее.
— Степанова заболела, и вместо неё будет вести у нас сам ректор, — воодушевленно сообщила она.
В этот момент я поперхнулась от неожиданности и начала кашлять. Это же полный треш!
— Эй, Люб, всё нормально? — обеспокоенно спросила Юля, постучав мне по спине.
— Да. Просто поперхнулась.
Она продолжила фантазировать и восхвалять моего папашу, но я её уже не слушала. Что тебе папенька в своем кабинете-то не сидится? Надо пересилить себя, чтобы не плюнуть ему в рожу!
29. С радостью!
Сижу на краю своего стула, все тело в напряжении, будто на иголках. Мысли роем крутятся в голове. Вокруг меня шумные одногруппники, смеются, обсуждают что-то, а я словно в другом мире. Марина и Арина замечают, что я не в духе, их взгляды полны беспокойства, но я лишь отвожу глаза. Не хочу делиться с ними своими переживаниями и рассказывать о своих чувствах. Не готова пока им рассказать всю правду.
Мои мысли полностью заняты папой. Ненавижу его! В голове крутятся образы! Как мама, бессонными ночами, билась над нашей жизнью, стараясь вырастить и обеспечить нас. И как он, как ни в чем не бывало, продолжал и продолжает жить в своем мире, где все в порядке, как будто у нас всё всегда было легко.
И вот — звонок. Внезапно аудитория замерла. Папа заходит, и я ощущаю, как в горле встаёт ком.
— Доброе утро, студенты! — бодро приветствует он нас, и проходит к столу. Одногруппники отвечают ему доброжелательно, а я остаюсь в стороне. Ненавижу его голос, его уверенность.
Папаня выглядит так, будто только что сошел с обложки модного журнала: дорогой деловой костюм темно-серого цвета, белая рубашка, которая безупречно выглажена. Мне это так противно! Как он может быть таким идеальным, когда за его спиной стоит столько страданий? Я заметила одну деталь, у нас действительно одинаковый цвет глаз, и это вызывает во мне ещё большую ярость.
Его взгляд словно разрезает аудиторию, когда он пробегается по нам. И вот он останавливается на мне — дольше, чем на остальных. Хмурюсь и отворачиваю голову. Чего вылупился?! Хочется крикнуть.
— Что ж, будем знакомиться, — произносит он серьезно. — Думаю все знают, кто я такой, но всё же представлюсь. Я — Калинин Владимир Анатольевич, и с сегодняшнего дня на протяжении недели буду замещать Степанову Ольгу Леонидовну. Сейчас буду проходиться по журналу. Кого назову, поднимаете руку. Всё понятно?
Все в унисон говорят "ДА". А у меня лишь желание сбежать. Наблюдаю, как он улыбается и начинает зачитывать фамилии.
— Быкова Любовь? — дошел папаня до моей фамилии и прямо смотрит на меня, выжидая.
— Я, — громко с вызовом отвечаю, поднимая руку.
— Угу, — бормочет он и делает пометку в журнале. Его ухмылка раздражает.
После журнала он решает нас рассадить за компьютеры и дать задания. Специально выбираю комп рядом с его столом. Папаня объясняет нам задания, но я не слушаю его. Я принципиально не собираюсь ничего делать! Хочу, чтобы он заметил, как я его игнорирую. Одногруппники обсуждают задания, которые на самом деле очень актуальны для нашей специальности. Прошло уже двадцать минут с раздачи заданий. Ребята усердно работают и выполняют задания в программе Delphi. Я же просто смотрю в монитор и жую жвачку. Папаша нервно посматривает в мою сторону.