Я молчу. Чем больше буду молчать, тем лучше. Поиски доков надо затянуть максимально. Пока я придумаю, как мне выбраться живой из всего этого дерьма.
— Что дальше? – спрашиваю его. – Повезешь меня обратно к Руслану? Или сразу к этим его московским головорезам?
Артем щурится.
— Ты хоть соображаешь, насколько неправильно поступила?
— Я пытаюсь сохранить себе жизнь.
— Теперь они думают, что ты точно в курсе, где документы.
— Да если бы знала, я бы уже сто раз их отдала! – повышаю голос, Артем на меня шикает. Прислушивается. Чуть выше хлопает дверь.
— Подыграй мне, – шепчет.
Взяв мои руки, кладет на свои плечи, прижимает к себе, положив ладони на талию. А потом целует. Медленно, расслабленно. Посасывает мою нижнюю губу. Я пытаюсь сосредоточиться на приближающихся шагах. Выходит так себе. От этого поцелуя я как будто успокаиваюсь. Наконец.
Плавлюсь, кровь разгоняется по венам. Артем толкается языком мне в рот, продолжает целовать медленно. Я отвечаю, зарываясь руками в его волосы. Жадно тяну носом воздух, которого вдруг стало мало. Тело покалывает. Безумие, просто безумие какое-то.
Глава 9
— Фак! – слышу мужской голос. – Взрослые люди, а все туда же. По подъездам сосутся. Снимите номер!
Дверь закрывается, отрезая мужчину от нашего мира. Артем отстраняется, но остается на критически близком расстоянии от меня. Смотрим в глаза друг другу. Я сжимаю его плечи, сминаю руками рубашку. Господи, когда он успел ее надеть, если бегал за мной? И зачем?
Какие глупые мысли. Что угодно, лишь бы не думать о том, что мы по-прежнему не увеличили расстояние. И я чувствую дыхание Артема на своих губах. Облизываю их, и Белов тут же опускает взгляд.
— Можно уже отпустить, – произношу каким-то слабым голосом, все еще держась за его рубашку.
Руки Артема исчезают с моей талии, и мне приходится разжать пальцы.
— Вот что, Вика, теперь слушай, – произносит он ровно, словно между нами сейчас ничего не происходило.
Хотя для него и не происходило. Очередной поцелуй с очередной дурочкой. А я уж дурочка знатная.
Смотрю на него, всем своим видом демонстрируя внимание. Не буду верить ни одному слову.
— Крест очень недоволен твоим поведением. И вряд ли будет при встрече нежным.
Я хмыкаю, складывая на груди руки.
— И что дальше?
— Дальше ты будешь слушаться меня во всем. Никаких номеров, подобных этому. Делаешь четко то, что я говорю.
— Чтобы что?
— Чтобы остаться целой и невредимой. Если, конечно, хочешь этого.
Закатываю глаза.
— Хочу, – все же киваю.
Он кивком приказывает следовать за ним. Мы поднимается на половину этажа. Белов останавливает меня, а сам искоса наблюдает в окно за улицей.
— Полагаю, братки трутся где-то рядом. Так что советую быть умницей. Водить умеешь? – кидает на меня взгляд.
Я качаю головой. Из поясной сумки, притулившейся рядом с пистолетом, Артем достает ключи от машины.
— С другой стороны в конце дома стоит черный седан. Пойдешь туда, будешь ждать меня в салоне. Заведешь тачку, оставишь открытой водительскую дверцу. Когда я появлюсь, быстро перелезешь на пассажирское.
— Ты серьезно? – я часто моргаю. – Я не умею заводить машину.
— Я тебе объясню. Но для начала… – он не договаривает, стягивает с себя рубашку. – Надевай.
— Зачем? – спрашиваю, послушно выполняя.
Тону в рубашке, она закрывает бедра, почти прячет шорты. Запах Артема окутывает меня целиком, сильно мешая нормально думать.
Следом Белов снимает с шлевки кепку, сам убирает мои волосы наверх, прежде чем надеть.
Оглядывает, задерживается на моих бедрах. Сразу становится жарко. Сглатываю, стараясь сохранять невозмутимость.
— С такими ногами, конечно, хуй тебя кто за парня примет.
— У меня есть широкие штаны, – замечаю быстро и открываю рюкзак.
— Пойдет, переодевайся.
— Тут?
— А где? Можем выйти на крышу.
— Смешно.
Стягиваю шорты, радуясь тому, что рубашка скрывает мои трусы. Но под мужским взглядом все равно неуютно. Белов смотрит, не отрываясь. На мои ноги. Следит, как я надеваю штаны, скользит вместе с ними вверх. И от этого тоже жарко. Сердце ускоряет ритм. Низ живота начинает печь.
Он ведь ничего не делает. Просто смотрит. Откуда у меня такие реакции? Их нужно заблокировать. Навсегда.
Между мной и Беловым ничего быть не может. А вот это все только сильно мешает нормально думать и действовать.
— Что дальше? – спрашиваю, закатывая рукава рубашки по локоть.