— Они уверены, что документы у тебя, Вика, – произносит ровно, чуть повернувшись в мою сторону. Я застываю.
— Что? – спрашиваю вмиг пересохшими губами.
— То и есть. Уверены, что твой бывший их тебе оставил. Или ты их забрала. Я хер знает, откуда у них подобные мысли. Но парни действуют так, словно ошибаться не могут.
— Это неправда! – мой голос резко взлетает вверх. Я вскакиваю со стула. – У меня ничего нет! Руслан, ты должен поверить мне! Я клянусь! Я не знаю, откуда такая информация! Я ни при чем! – Тихо, Вика, – он произносит это все тем же ровным голосом, уже не глядя на меня.
Снова выдыхает дым. Я затыкаюсь, тяжело дыша, опускаюсь обратно на стул. Кусаю губы. Если меня отдадут этим парням на растерзание – я даже думать не хочу, что меня ждет. Слезы подступают к глазам.
— Давай только без соплей, – недовольно ворчит Руслан, туша окурок в блюдце. Я киваю, наблюдая, как остатки сизого дыма струйкой плывут вверх, а потом резко обрываются.
Перевожу взгляд на Руслана. Он спрятал руки в карманы, рассматривает меня. Слишком внимательно.
— Я клянусь… – шепчу я, но Крестовский меня перебивает.
— Я же сказал, без соплей. В ситуации надо разобраться. Братва понаехала борзая, пальцы гнут. Москвичи херовы, – морщится. – Порешаем все, но нужно время. Бегать за тобой нянькой мне тоже некогда.
— Я и не прошу.
— Но ты нужна мне в целости и сохранности. На случай, если документы действительно у тебя…
— Я же сказала!.. – возмущенно вскакиваю с места, но под резким взглядом мужчины опускаюсь обратно.
— Дам тебе охрану, Вика, – заканчивает свою мысль Руслан. Я сжимаю губы.
— Чтобы меня охраняли от других? Или чтобы я не сбежала с какими-то супер ценными бумажками, которые у меня якобы имеются?
— Болтаешь много, – хмурится он, глядя на часы. – Борзая стала от хорошего отношения? Могу и по-другому.
— Не надо, – добавляю спешно, как раз раздается звонок в дверь. Смотрю на Руслана.
— Охрана прибыла. Двигай.
Первым подходит к двери, заглядывает в глазок.
— Парень надежный, – говорит после этого. – Мы давно знакомы. Будешь с ним, я не буду дергаться, что тебя тут порешили невзначай или пустили по кругу.
— Что? – шепчу одними губами, голос застрял в горле и не пробивается наружу. И такое может быть?
— Вот знакомься, – Руслан отступает обратно в прихожую, пожав руку мужчине, которого за его спиной я не вижу. – Это Белый. Артем Белов. Будет за тобой присматривать.
Я делаю шаг назад и прислоняюсь к стене. Без нее просто рухну. Не иначе. Потому что на моем пороге действительно стоит он. Серые глаза врезаются в меня, как две пули, беспощадно пробивая грудь, лишая последней возможности вдохнуть.
Артем Белов. Здесь. Снова. И он должен меня защищать. Только кто защитит меня от него?
Глава 3
— Ну чего замолчала? – хмыкает Крестовский.
Я продолжаю смотреть широко раскрытыми глазами. Язык прилип к небу. Мысли хаотично мечутся.
Что делать? Что мне делать? Сказать правду Руслану? А поверит?
Они ведь с Артемом явно знакомы. Он сам так сказал. И что доверяет ему.
И что сам Белов тут забыл? Тоже из-за документов приехал? И откуда они с Крестовским знают друг друга? Слишком много вопросов. Серые глаза все еще жгут во мне дыры. Два чертовых лазера. Ненавижу его. Он во всем виноват.
— Руслан, – тихо говорю, кашлянув. – Можно тебя на секунду?
— Говори, как есть, – он уже обувается. – Белый в курсе ситуации. Скрывать нечего.
Вот так?
— Он мне не нравится.
Крестовский даже брови вздергивает от удивления. А что, сам сказал: говори. Артем только криво усмехается, прислонившись плечом к стене. По взгляду видно: все происходящее кажется ему забавным.
— А должен? – интересуется Руслан. Пока я ищу ответ, продолжает: – Он здесь для твоей охраны, Вика. Не вздумай чудить. Огребешь сама же.
— От него? – спрашиваю, глядя исподлобья.
— Надо будет, и от него. Белый не нянька, чтобы твои проебы разгребать. Он тебя охраняет. Так что будь умницей.
Зубы сцепляю. Как же они достали меня. Все мужики только и требуют, чтобы я умницей была. В жопу всех!
Крестовский жмет руку Артему. Тот закрывает за ним дверь. Секунду я рассматриваю широкие плечи, обтянутые черной футболкой, узор татуировки, ползущий вниз по руке, и бритый светловолосый затылок.
А потом срываюсь в комнату. Падаю на кровать, тяжело дыша. В башке от злости просто туман. Хочется рвать и метать. Даже страх из-за ситуации отступает.