— Рамиль, не смешно, — бурчу, скрещивая руки на груди. — Я же тебе уже говорила про маму. У меня максимум есть полтора часа…
— За полтора часа мы можем многое успеть, милаха, — ухмыляется, не отрываясь от дороги.
Ужасный! Он просто невыносимый тип!
— Я даже спрашивать не буду, что именно ты успеваешь за это время, — закатываю глаза.
— Ты бы удивилась, — парирует Суворов.
Я вздыхаю, собираясь, что-то ещё выдать в ответ, но не успеваю, в машине раздаётся звонок. Рамиль бросает взгляд на экран, тут же хмурится. Я машинально тоже перевожу взгляд. Не специально. Просто автоматически. Телефон он поставил на подставку, так что не увидеть имя звонящего просто невозможно. На экране мелькает: Шах. Чёрт. Мне уже не нравится этот звонок. Внутри какое-то нехорошее предчувствие просыпается. Щипать начинает.
— Будь хорошей девочкой и посиди молча, милаха, — лениво бросает Рамиль, прежде чем нажимает кнопку приёма.
Я поджимаю губы. "Будь хорошей девочкой". А он сам когда-нибудь будет хорошим? Хотя я сама ответ на этот вопрос знаю. Маловероятно.
— Да, — голос его сразу становится резким, деловым. Никакой насмешки, никакой ленивой ухмылки. Чистая сосредоточенность. — Насколько срочно?
Несколько секунд тишины, после чего он присвистывает.
— Фига се. - И тут же его взгляд цепляет меня. Разглядывает. Долго, оценивающе. Будто решение принимает. — Я подъеду. Да. Я не один, так что бойцов убери. Нечего девчонку пугать.
Губы Рамиля растягиваются в хищной улыбке, а меня внутри начинает трясти. Что-то мне подсказывает, что разговор пошёл про меня. И это совсем не радует.
— Как твои бессонные ночи? Уже придумал, какая сабля первой твою коллекцию покинет? — лениво бросает Рамиль в трубку. Ржёт громко.
Фразу его собеседника я слышу очень чётко. Потому что он громко её произносит. Рамиля только что послали.
— И тебя туда же, — произносит Рамиль.
Уголки губ парня дёргаются от смеха. Он громко ржёт, а я, кажется, ещё сильнее вжимаюсь в кресло. Потому что ни черта не понимаю. Но знаю одно: сейчас мы поедем в опасное место. А я не хочу. Можно мне домой, а? Ну пожалуйста-а-а-а…
Машина Рамиля плавно подкатывает к какому-то складу, и внутри у меня всё холодеет. Я уже заранее знаю: мне это место не нравится. Ни его расположение, ни его вид, ни тот факт, что Суворов перестал улыбаться. Он вообще другим стал. Мрачным, сосредоточенным. Напряжение в воздухе висит такое, что мне хочется приобрести суперспособность и испариться отсюда.
Язык не поворачивается спросить его, что мы здесь делаем. Почему? Потому что я трусиха и правду знать не хочу. Слова Никиты всё ещё в голове сидят, что Рамиль опасный. Я это знаю, чувствую. И не хочу признавать тот факт, что, скорее всего, это меня в нём тоже притягивает. Не зря же говорят, что хорошие девочки на плохих парней западают. Я раньше с этого смеялась. Теперь не смешно.
— Мне нужно говорить, чтобы ты из тачки не высовывалась, или это и так понятно? — его голос звучит слишком ровно, слишком спокойно. Это пугает больше всего.
Рамиль глушит мотор и в упор на меня смотрит. Он ждёт ответ. А я хлопаю ресницами. Он серьёзно думает, что я отсюда добровольно выйду?
— Я отсюда по собственному желанию не выйду, — бурчу, крепче вжимаясь в сиденье. А что мне в таком стрёмном месте делать? Мне вообще домой нужно. Чтобы проблем не было. А я себя с каждым днём только сильнее и сильнее зарываю. Вот хотела же немного в спокойствии побыть. Ага.
Кошмар. Я буквально вчера Зорину обещала, что не вляпаюсь ни во что. И вот, пожалуйста. Сижу в машине Бешеного, возле склада, как в фильмах про бандитов. Здесь обычно должников стреляют. Привозят, чтобы подальше от людей... Я об этом думаю и тут же по спине пробегает мороз. Чудесно. Просто чудесно.
— Отлично. Вернусь и поедем с мамой знакомиться. — Рамиль губы в улыбке растягивает.
Меня сначала отпускает. Потому что он снова улыбается, но потом…
— ЧТО?! - Выпаливаю хрипло.