Меня всю колотит от злости.
— Я веду себя нормально!
— Ты называешь нормальным то, что пропадаешь ночами с каким-то… каким-то бандитом?!
— Мам, ты его не знаешь!
— Мне и не нужно знать! — её голос становится громче. — Он опасен! Он... Богдана, ты вообще понимаешь, в какой мир тебя втягивают?
— Никто меня никуда не втягивает!
— Нет?! — она делает шаг вперёд, и я машинально отступаю. — А тогда что ты делаешь в его компании?
— Мам, я…
— Ты что, влюбилась в него? — резко перебивает она.
Я замираю.
— Что?
— Влюбилась, да?! — в её голосе слышится паника. — О Боже, только не это…
— Ты не имеешь права, — шепчу я.
— Имею! — рявкает мама. — Ты моя дочь!
— А ты подумала о том, что мне вообще есть что сказать в этом разговоре?!
— А ты подумала о том, что своим упрямством рискуешь не только собой, но и мной? А если этот твой… твой… — она запинается, будто само имя не может выговорить, — если он тебя подставит? Если это кончится плохо?
Я не знаю, что сказать.
— Всё, — подытоживает она, голос снова твёрдый. — Я запрещаю тебе с ним видеться.
Я делаю резкий шаг назад.
— Нет, — выдыхаю. — Ты не можешь…
— Я всё сказала! С завтрашнего дня — домашний арест.
Я открываю рот, но слов нет.
— Ты не имеешь права!
— Имею.
Я отворачиваюсь. Дышу тяжело, словно воздуха не хватает.
— Это из-за него, да?
Она молчит.
— Это из-за Зорина?!
Мама тяжело выдыхает.
— Никита беспокоится о тебе, он…
— Мам, ты не видишь, что он просто… просто хочет контролировать мою жизнь?!
— Нет, Богдана, — мама смотрит на меня с болью в глазах. — Он просто хочет, чтобы ты не сломала свою.
Мама с грохотом закрывает дверь. А я падаю на кровать и утыкаюсь лицом в подушку. И что теперь делать?
Глава 34.
Просыпаюсь, потягиваясь под тёплым одеялом, и сладко зеваю. Пару секунд лежу с закрытыми глазами, лениво размышляя о том, что хорошо бы сейчас приготовить кофе и завтрак.
Тянусь ещё раз и только после этого неохотно открываю глаза. Мой взгляд машинально падает на часы, и в следующее мгновение всё расслабление летит к чертям.
– Чёрт! – вскакиваю на кровати, широко распахивая глаза от ужаса. – Я проспала!
Мой мозг перебирает варианты, как такое вообще могло случиться. Ведь вчера я точно помню, как ставила будильник, проверила несколько раз. Неужели он не сработал?
– Это же надо было именно сегодня… – бормочу под нос. Сердце тарабанит о грудную клетку. Первая пара уже подходит к концу. И стискиваю пальцы в кулаки. Твою же мать! Мне теперь придётся как минимум два доклада готовить, чтобы закрыть этот пропуск и Башмановой. Чёрт! Я могла проспать что угодно, но только не её пару!
Пытаюсь взять себя в руки, лихорадочно шарю под подушкой в поисках телефона. Обычно я кладу его туда, чтобы точно услышать будильник, но сейчас его там нет.
Вскакиваю с кровати, быстро встряхиваю одеяло, надеясь, что телефон просто закатился под него, но нет. Одеяло падает на пол, а телефон так и не появляется. Я начинаю нервно оглядывать комнату, заглядываю на тумбочку, проверяю карманы джинсов, лежащих на стуле, но безрезультатно.
– Да куда же он провалился? – раздражённо выдыхаю, пытаясь восстановить в голове вчерашние события.
Телефона нигде нет, и я не понимаю, как он мог исчезнуть. Куда я его засунула?! Ну не стала же я лунатиком за одну ночь?
Нервно отмахиваюсь от навязчивой мысли, быстро накидываю халат и выхожу из комнаты. Понимаю, что бред, но нужно посмотреть на кухне или в ванной.
Первое, что замечаю, мама спокойно сидит за столом на кухне, пьёт кофе и читает журнал. Это странно, ведь обычно в это время её нет дома.
– Мам, дай свой телефон, пожалуйста, – нервно бросаю, направляясь прямо к ней. – Не могу найти свой, хочу позвонить на него.
Мама поднимает на меня взгляд и спокойно отвечает:
– Можешь не искать, ты его не найдёшь.