— Сначала до старого завода, возле трассы на выезде из города. Там нужно свернуть на бетонку, дальше я покажу, — быстро объясняю, стараясь звучать максимально уверенно.
Водитель несколько секунд смотрит на меня, потом пожимает плечами и трогается с места. Машина быстро набирает скорость, огни улиц начинают сливаться за окном.
Я сижу на краешке сиденья, вцепившись пальцами в сумку, и мысленно прокручиваю маршрут в голове. Пару дней назад мы с Рамилем ездили этим путём, и я отчётливо помню, как он говорил про поворот возле полуразрушенного ангара и старой рекламной вывески. Удивляюсь сама себе, насколько ясно сейчас работает мой разум. Казалось бы, в такой ситуации меня должно накрыть с головой паникой, но вместо этого я отчётливо вижу перед глазами дорогу, слышу голос Рамиля, повторяющий ориентиры.
Машина резко тормозит на перекрёстке. Я подпрыгиваю на месте и тут же выдыхаю:
— Направо! Теперь прямо, пока не увидите ангар, там свернём ещё раз!
Водитель кивает, машина снова ускоряется, и через несколько минут появляется знакомое полуразрушенное здание. Я снова подаюсь вперёд:
— Вот здесь налево, и дальше прямо до лесополосы!
Водитель тормозит почти сразу, поворачивается ко мне и недовольно качает головой:
— Девушка, вы серьёзно? Там нормальной дороги нет, да и территория, мягко говоря, сомнительная. Мне проблемы потом не нужны. Пешком дальше пойдёте.
— Пожалуйста, хотя бы немного ближе! Это очень важно! — умоляю, но понимаю, что спорить бесполезно.
— Нет, пешком дальше, — решительно заявляет он, останавливая машину окончательно.
Стиснув зубы от досады, я дрожащими руками достаю деньги, бросаю их на сиденье и выскакиваю наружу. Меня тут же бьёт холодный ветер, проникая под одежду, но я не обращаю внимания, лишь глубоко втягиваю ледяной воздух в лёгкие.
Передо мной тёмная, грязная, разбитая дорога, которая ведёт прямо в лесополосу.
Ноги сами начинают бежать, я почти не чувствую земли под ними. В голове только одна мысль: успеть. Успеть любой ценой.
Я бегу дальше, ноги едва слушаются, дыхание срывается в хрип. Сердце стучит где-то в горле, каждый его удар отдаётся болезненным эхом в висках.
Вокруг темнота, деревья давят на меня со всех сторон, но я отчаянно продолжаю двигаться вперёд, потому что остановиться — значит сдаться.
Внезапно впереди появляются тёмные силуэты зданий. Склады. От облегчения и страха одновременно у меня открывается второе дыхание. Не думая о себе, несусь туда, забыв о том, что опасность может ждать прямо за каждым углом.
Пробегаю мимо первого склада, едва различая его в кромешной тьме, как вдруг слышу позади чей-то голос:
— Сука, а эта здесь откуда?
Голос кажется мне знакомым, но сейчас не время разбираться, кто это. Я ускоряюсь, пытаясь затеряться среди строений. Сердце бьётся так сильно, что его грохот заглушает все остальные звуки.
Начинаю по стремянке лезть вверх. Неожиданно чувствую, как на моей лодыжке резко смыкаются пальцы. Меня дёргают назад с такой силой, что я едва не падаю лицом на бетон. Испуг и боль заставляют меня попытаться закричать, но огромная ладонь тут же плотно зажимает мой рот.
— Я даже знать не хочу, что в твоей дырявой голове творится.
От ужаса того, что узнаю этот голос, начинаю вырываться ещё сильнее, пытаясь освободиться. Сердце снова колотится, словно сумасшедшее, в голове паника.
— Если перестанешь дёргаться как припадочная, уберу руку со рта.
На несколько мгновений я замираю, пытаясь восстановить дыхание, а затем отчаянно киваю. Мужчина позади меня громко вздыхает, медленно убирая ладонь от моего лица. Я снова могу дышать, но страх всё ещё держит меня в своих холодных объятиях.
Глава 37
Я оказываюсь лицом к лицу со старшим братом Рамиля. Громко сглатываю. Но это от страха. Он меня и в спокойной ситуации до жути пугает. А вот в такой и подавно.
Демьян Суворов на меня смотрит так, будто я у него пять минут назад машину угнала, не иначе. Глаза зло сверкают, на виске вена пульсирует.
А я ведь ничего не сделала! Ему так точно! Чего он, а?