Как это получилось?! За множество раз, до этого момента, такое не случалось никогда. Что делать?! Бежать?! Да, точно, бежать! Нельзя разрушать эту иллюзию. Красивая, желанная теплая ободряющая, но это всего лишь иллюзия, что была вызвана наркотиками, что направляли ее разум туда, где она хотела быть и к тем, с кем хотела. Мама, папа, бабушка, дедушка, брат…Все они были жили только в ее сознании, сознании наркоманки-проститутки.
***
- Всем стоять! Никому не двигаться! Отдел по борьбе с наркотиками!
Под оглушающий ор хиленькая дверь распахнулась, едва не слетев с петель. В маленькую однокомнатную квартирку ввалился с десяток мужчин, одетых в черную армейскую одежду, не оставляющей ни единого открытого участка кожи. Следом за ними, с пистолетом наготове, вошли еще трое человек одетых в бежевые плащи и шляпы.
В единственной большой комнате, по центру, стоял диван со столиком. На столике лежали разбросанные пакетики с наркотиками, приготовленные для продажи. На диване сидела девушка, забросив голову и раскинув руки, будто бы собираясь взлететь. Ее тело подрагивало, глаза закатились, а изо рта шла пена. Самый старший из троицы в плащах, быстрым наметанным глазом, окинул комнату и скорчил гримасу неудовольствия: девушка умирала от передозировки наркотиками.
- Детектив, кроме нее тут никого.
- Вижу: в этом клоповнике захочешь не спрячешься, – сказал пожилой мужчина, убирая свой пистолет.
Детектив тяжело вздохнул. По правилам они обязаны вызвать скорую, но опыт подсказывал, что ее уже не спасти. Он работал в отделе без малого два десятка лет и видеть умирающих от передозировки ему приходилось регулярно. Если бы они пришли на пару минут раньше, то врачи смогли ее откачать; на пару минут позже, и они обнаружили бы лишь хладное тело, а так…
- Твою мать!
Лица подчиненных тоже были не веселы: теперь их затаскают по всем инстанциям. Почему не спасли? Почему не оказали помощь? А почему то, а почему это… Эти сраные проверяющие знают лишь, то как создавать проблемы живя в таких кварталах, где про наркотики, даже по ТВ не говорят.
К тому же, девушка. Для него не было разницы, кто наркоман: мужчина, женщина, да хоть рептилоид с планеты Нибиру, наркоманы одинаковы везде, а вот начальник полиции города, ой, как боится общественного резонанса. Придется договориться со своей совестью… в очередной раз…
- Пойдем, – он хлопнул по плечу стоящего рядом помощника, – посмотрим, может тут хоть кофе завалялось, зря что ли чайник на плите надрывается. День у нас будет охереть какой долгий!
Они вышли на кухню, пока тело девушки успокаивалось в посмертной агонии.
***
Только стоило ей развернуться и направится к калитке, как входная дверь распахнулась, не дав ей сделать пару последних шагов. Желтый прямоугольник света припечатал ее в дорожке, не давая ее ослабевшим от страха ногам сдвинуться с места. На крыльце показалось две фигуры. Одна спустилась на пару ступеней и глаза девочки разглядели свою маму, что стояла, смотря на нее с умилением.
Чуть выше стоял папа, что обнимал маму за плечи и улыбался так тепло и приветливо, что девочка не могла не заулыбаться в ответ. Сбоку от них появилась фигура мальчика, что стоял измазанный в каком-то соусе, все с тем же самолетикам в руке. Он сиял, словно начищенное блюдце, озорно смеясь.
- Ну что, зайдешь? – голос отца, столь знакомый и уже почти забытый, заставил ее упасть на четвереньки.
- Идем, доченька, – мама протянула ей свою руку, и девочка смотрела на нее как на самое дорогое сокровище в своей жизни.
Девочка согласно кивнула, боясь разрушить столь прекрасное мгновение. Братик снова звонко рассмеялся и, спрыгнув с крыльца подбежал к ней босиком, прямиком по холодному бетону. Он опустился к ней на колени и крепко обнял ее. Не в силах сопротивляться себе девочка обняла его, так крепко, как только могла и, ощутив тепло его тела, что вытеснил холод ее одиночества, закатилась слезами; первыми слезами счастья за много-много лет.
Конец