Брюнет кивнул и, поднявшись, как мог, выпрямился. С его ростом в машине не поместиться. Слишком он был высок. Я внезапно поймала себя на мысли, что пристально разглядываю мужчину, и он отвечает тем же.
– Тогда позвони мне после обследования, – попросил он и вышел.
– Давно ты его знаешь? – несмотря на меня, задала врач вопрос.
– Кого? – я не сразу поняла, что она имеет ввиду.
– Тамира, давно знаешь? – теперь она прожигала меня пристальным взглядом.
Я опешила от такого вопроса и совсем не могла вымолвить и слова. Что за намеки? И почему именно этот вопрос? Сидела с большими глазами и открытым ртом.
– Хм-м, – протянула она. – Не замечала никогда за Борзым благотворительности. Саня, поехали в клинику!
Постучав костяшками пальцев о стеклянной перегородке, приказным тоном сказала она.
– Подождите! Мне нужно узнать, что с моим братом! Я не могу просто так уехать, не сказав ничего хоть родителям.
– А вот они смогли, – ухмыльнулась она, кивая в сторону уезжавшей скорой помощи.
Сквозь стекло я смотрела на то, как машину забирает эвакуатор и на дороге никого, кроме Тамира не остаётся. Мне стало немного неприятно, оттого, что меня бросили. Да, я не знала, что с Вадимом, но и я пострадала. Как они могли оставить меня? Хотя я знала ответ на этот вопрос. Обо мне в эти минуты никто и не вспомнил.
– Так всё-таки, откуда ты знаешь Борзова? – не унималась блондинка. – Первый раз за всё время нашего общения, он обратился ко мне с просьбой. А я, бросив все дела и свою частную клинику на зама, сама рванула на помощь. Очень хотелось узнать, для кого Тамир так старается.
Девушка словно рассуждала вслух, а я сидела словно громом пораженная, не зная, что сказать.
– Имей в виду, он всегда возвращается ко мне, – смерила она меня тяжелым взглядом.
Я совершенно не понимала мотивов мужчины. Зачем ему нужно было заниматься вопросом моей госпитализации? Я могла спокойно доехать с родителями и братом до больницы. На крайний случай вызвала бы такси. Не мешало, бы узнать, как брат и в какой он клинике.
– Выходи, – скомандовала блондинка, скидывая куртку на руке подоспевший медсестре. – Лиза, проводи девушку в двенадцатую палату. Назначения все здесь.
Царственно кивнув в сторону меня, оно тут же протянула в руки девушке планшет.
– Конечно, Виктория Сергеевна, – заискивающе проговорила она. – Следуйте за мной, – измерив меня взглядом, медсестра указала направление, – или вы предпочитаете, чтобы вас на каталке возили?
Ее тон совершенно мне не понравился, в её голосе сквозит презрение, словно я какая-то оборванка вступившие на территорию богатого поместья.
– Я предпочитаю, не судить людей по первому взгляду, а ещё всегда относится дружелюбно ко всем. Мало ли что может произойти, – парирую я и внимательно наблюдаю за реакцией девушки. – У меня может быть сотрясение, но идти я могу сама.
– Пройдемте, – цедит она, поджимая губы. – Я сейчас вам все расскажу, в особенности какие существуют правила в нашем коллективе.
– Вы хотели сказать, правила для пациентов? – выгнала я вопросительно бровь, смотря недовольную медсестру. – Вы наверняка недопоняли своего работодателя. Я обычный пациент, а не работник вашей клиники. И мне кажется, вы переступаете черту.
Мне не понравилось, как эта девушка ведет себя. Что она вообще позволяет так относиться пациентам.
– Ты не понравилась моей сестре, а поскольку она владелица этой клиники, я могу предположить, что это не просто так. Значит, ты как-то связана с Борзовым, а это очень нехорошо.
Краснея, как помидор выдала она на одном дыхании. Что-то все помешались на этом мужчине и, мне совершенно не хочется находиться в такой гнетущей обстановке.
– Благодарю за разъяснение, но вам никто не давал право мне «тыкать». Прежде чем осуждать людей, желательно разобраться в ситуации, иначе можно попасть в неудобное положение.
С этими словами я развернулась и, забрав свою сумку в машине скорой помощи, вышла из гаража через открытые двери. Мне плевать, как в этой ситуации будет выкручиваться зарвавшаяся медсестра, я намерена пойти домой мой и отлежаться там.
Покинув территорию клиники, я неспешно шла вдоль дороги. Хорошо, что на даче успела зарядить телефон и первым делом я позвонила маме. Долгие гудки напрягали, но она так не ответила. Набрав отчиму, я ожидала, что хоть он что-нибудь мне объяснит, но мой звонок он каждый раз сбрасывал. Странно, Семён Иванович всегда по-доброму относился ко мне. Неужели с Вадиком действительно всё так плохо?