Посмотрев по карте, что мне до ближайшей остановки полтора километра, тяжело вздохнула, но делать нечего нужно идти. Я не рассчитывала, что попаду в такую ситуацию. В кошельке была лишь мелочь, такси не вызовешь.
Через пятнадцать минут такой прогулки, голова начала раскалываться и кружится, плечо ныть. К горлу подступила тошнота, и я резко присела на корточки. Старалась дышать носом и притупить приступ. Слезы текли по щекам, и я не понимала, почему согласилась поехать в скорой, а не настояла на своем, как сразу планировала. Сейчас бы уже лежала на своем диване и пила сладкий чай.
– Девушка, вам плохо? – услышала я над головой взволнованный голос.
– Что? – подняла я голову и постаралась сфокусировать взгляд на говорящем.
– Может быть, вас в клинику отвезти, здесь недалеко, – мужчина лет пятидесяти подал мне руку и помог подняться.
– Нет, не нужно в нее, – испуганно прошептала я. Мне совершенно не хотелось возвращаться в тот гадюшник. – До ближайшей остановки подвезите, пожалуйста, – кряхтя словно старушка, я поднялась на ноги.
– Как скажешь, дочка, – мужчина мне ласково улыбнулся и открыл пассажирскую дверь своей старой синей «семерки». – Честно говоря, цены там ого-го! – доверительно сообщил он мне, как только сел на водительское сиденье и пристегнул ремень безопасности.
В салоне пахло ненавязчиво яблоками и одеколоном. На заднем сидении, в черных пластиковых ящиках лежали овощи и фрукты, я их заметила, когда потянулась за ремнем безопасности. Наверняка мужчина ехал с дачи.
– Ты откуда? Как здесь оказалась? – переключая коробку передач, начал разговор водитель. Я не чувствовала от него агрессии и заметно расслабилась. В висках стучало, и накатывала волнами тошнота, от чего я периодически морщилась.
– Сложно сказать, – пожала я плечами. Мне не хотелось сейчас разговаривать, а тем более рассказывать ему про свои приключения.
– Не хочешь говорить, – усмехнулся мужчина и внимательно посмотрел на меня немного прищуренным взглядом карих глаз. – Не надо, если нет желания, – продолжил он, вернув внимательный взгляд на дорогу.
– Все сложно, и я не хотела бы вам портить настроение, – выдохнув сквозь сжатые зубы, ответила я.
– А звать-то тебя как? – по-доброму уточнил он. – Я Тимур Ринатович.
– Лена, но лучше Алена, – прошептала я, а в сердце, словно нож раскаленный воткнули, со мной так никто не разговаривал. Отчим был мил и старался не злить мать и скорее просто меня терпел, а отца я так и не видела ни разу, в младенчестве не считается.
– Аленушка, значит, – протянул водитель. – Давай как Аленушка, я отвезу тебя к своему хорошему знакомому в клинику, вид, честно говоря, у тебя не очень.
Он вновь бросил на меня внимательный взгляд, словно изучая. Я же старалась сосредоточиться на дороге и разговоре. Меня все больше штормило и ныла вся правая сторона. Я вновь поморщилась из-за боли в плече, и это не осталось незамеченным водителем.
– Не нужно, я в травму обращусь, – выдохнула я, стараясь не обращать внимания на пульсацию в висках. – Мне бы до ближайшей остановки.
– Не спорь, девочка! – с нотками стали в голосе проговорил Тимур Ринатович. – Я же вижу, что тебе больно. А Яков Сергеевич мой друг и обязательно окажет тебе квалифицированную медицинскую помощь. Я так понимаю, ты шла из той клиники. Не знаю, как ты туда попала, но я намерен тебе помочь и ничего более.
– Спасибо, – выдохнула я, едва шевеля губами. Мне захотелось все рассказать ему, вот просто взять и выложить как на духу, но я не смогла произнести ни слова. Язык словно к небу прилип и не шевелился. – Только я вам не смогу вернуть сейчас деньги, если вы отвезете меня в частную клинику.
Не знаю почему, но мне была приятна забота малознакомого мужчины. То, каким тоном он со мной разговаривал, словно отец отчитывал нерадивую дочь.
– Деньги не главное в жизни, хотя и решают многое, – назидательно ответил он и вновь просканировал меня взглядом.
Мы ехали молча, лишь музыка ненавязчиво лилась из динамиков тихой лиричной мелодией. Через некоторое время машина свернула на шуршащую под колесами гравием дорогу и остановилась на парковки перед трехэтажным серо белым зданием, окруженным березами и елями. Мужчина вышел из машины и аккуратно прикрыл дверь, велев остаться в салоне.
Сейчас у меня была возможность его рассмотреть сквозь стекло автомобиля. Мужчина достал из кармана темно-синих брюк телефон и, повернувшись ко мне полубоком, разговаривал по нему. Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, бросил внимательный взгляд на меня. Его лицо было сосредоточено и немного хмуро. Темные волосы с идеальной стрижкой с проседью слегка завивались, и выглядел он так… словно властитель мира, хоть и на старенькой машине советского автопрома. Словно привык командовать и не принимает отказа. Теперь он мне казался не добродушным, а властным и жестким. И скорее всего, сам не мог понять, по каким причинам стал мне помогать, остановившись там, у обочины, недалеко от клиники.