Меня трясёт. Эмоции рвут на части.
Чувствую дрожь, и огонь. Жар!
Словно Феникс, которого я поселил на её теле разогрел его до температуры солнца. Огненно. Обжигает руки. Этот жар мгновенно проникает в каждую клетку моего тела, нейроны перемещают его по нервной системе, транслируя в сознание.
Я словно в горячке. Дышу с трудом, сквозь зубы с шумом воздух гоняя.
Что я делаю? Чёрт… что я творю!
Хочется прижать Соню к себе, спиной к груди. Впечатать в свое тело, чтобы её сердце услышало стук моего. Чтобы она поняла, что именно у меня на душе, что я ощущаю в этот момент. Чтобы осознала мою грань. Все грани тех невероятных эмоций, которые я испытываю.
Может она поймет это и расскажет мне? Потому что я сам не в состоянии. Слишком сложно понять. Невозможно.
И слишком просто.
Сейчас, в этой аудитории, сидя на постаменте, позволяя мне использовать себя как холст она подарила мне возможность стать настоящим творцом.
Вот моя истина.
Она нужна мне. Соня мне нужна.
Зачем? Наверное, чтобы я мог испытать это чудо еще раз?
Я уже чувствовал это, правда, не так ярко. Когда снимал первую фотосессию.
И потом, когда они вместе с Ариной позировали мне.
«Меня не надо. Ты… ты Сонечку люби, она самая хорошая».
Я ведь знаю, сам знаю. Что она самая хорошая!
Я хочу быть рядом. Хочу видеть, слышать, слушать. Хочу помогать. Хочу быть частью её жизни. Её другом.
Я хочу…
Чёрт, хочу её всю. Без остатка.
Это реальность. И сумасшествие. Потому что получить её я не могу. Она закрылась.
Соня отзеркалила меня, сделала то, что сделал я, сказав ей раньше о том, что между нами ничего быть не может.
У меня есть Варвара.
Но тогда я действительно был уверен, что люблю Варю. Я признавал это. Я любил. Я не из тех, кто будет врать о таких вещах.
Так, когда же Соня успела залезть мне под кожу?
Или она всегда была там?
Сердце пропускает удар. Её плечико нервно вздрагивает, голос сипит.
- Даня, возьми тряпку, так будет быстрее.
- А если я не хочу быстрее?
Говорю, не задумываясь, и не предполагая, что ждет меня впереди.
А впереди небольшой Апокалипсис.
Соня вскакивает резко, отстраняясь. Прижимая к телу шелковый платок, которым прикрывает грудь.
- Выйди, мне нужно одеться.
- Соня, там еще краска, много, ты испачкаешь вещи.
- Не важно. Я специально взяла старое. Выйди.
- Сонь, успокойся, дай я сам сейчас быстро всё вытру.
- Я… Я не хочу, чтобы ты меня трогал! – выпаливает с вызовом.
Что? Вот это новость. Шок, который оглушает. Не хочет, чтобы я трогал?
- Интересно, не так давно ты сама меня целовала…
- Это… это вышло случайно. – не смотрит на меня. Делает вид, что я вообще для неё пустое место, хватает одной рукой тряпку, пытается налить масло, проливает.
- Чёрт… чёрт…
-Случайно, значит? Интересные у тебя случайности.
- Даня, мне некогда болтать. У меня работа.
- Я помогу. Что надо убрать?
- Убрать? – хмыкает, и доносит информацию с вызовом. – Убрать твою задницу из этого кабинета! Мне тут надо полы помыть.
- Задницу, значит, да? – Зря ты, Соня, будишь во мне зверя! Ох и зря!
Дальше я не думаю. Мне некогда думать. Она сама сказала, что времени нет, поэтому я резко тяну её на себя, вжимая в своё тело. Шелковый платок падает. Соня охает, прикрывая себя ладонями.
- Что ты творишь? Пусти!
Что я творю? Если бы я знал!
Я абсолютно оглушен в этот момент. Её близостью. Её хрупкостью. Её ароматом.
Её недоступностью.
Вижу только её, чувствую её. В целом мире только она. Она.
- Что здесь происходит? Виноградов, Красовицкая? Вы с ума сошли?
Глава 5
Я замираю, чувствуя, как тело покрывается алыми пятнами. Словно кипятком обваривает стыд.
Успеваю заметить, что дверях стоит Андрей Павлович Левшин – наш акварелист, Маргарита Сергеевна – преподаватель графики, и Варвара Михайловна, девушка Да Винчи, ах-ах…куда же без неё!
Бли-ин…
Пытаюсь оттолкнуть Даню, а он почему-то не отталкивается, наоборот, прижимает меня крепче, и поворачивает, пряча за своей спиной.
- Это не то, что вы подумали, у нас была фотосессия.
- В таком виде? - хмыкает кто-то…
- Да мы еще ничего не подумали. – Это точно Андрей Палыч…
- Я всё объясню. Это случайно. Только вы можете выйти, чтобы Соня оделась?
- Мы еще и выйти должны? Оригинально, Виноградов! Пять баллов. – Узнаю голос Марго, она у нас дама строгая, но с юмором. Хотя мне сейчас вот вообще не смешно.
- Мы-то выйдем, а вот как вы объясните, что занимали рабочую аудиторию под личные нужды… - Это Левшин, я знаю, что у него тут занятий точно нет.