Многие родители не до конца осознают сущность самоидентификации девочки в семье. У малышки обязательно произойдет бессознательное уподобление собственной личности с родителями в целом и по отдельности: «я и мама», «я и папа». Огромную роль сыграет эмоциональная связь с родителями.
Часто бывает так, что из-за нехватки эмоционально-чувственных ощущений девочки отождествляют себя с героинями мультфильмов и сказок. Принцессы, русалочки или, наоборот, сильные, воинственные персонажи. Кто-то отождествляет себя с котенком или птичкой. В любом случае девочка выбирает ту роль отождествления, которая бессознательно отражает ее внутреннее состояние. Нехватку эмоций и чувств или их искаженную версию.
Однажды я наблюдал удивительную картину. Я был в гостях у своих друзей. Их маленькая дочь, бегая по квартире, периодически подбегала к маме, садилась на коленки, обнимала ее за шею и гладила по голове. Мама отвечала ей взаимностью, но ее поглаживания по спине ребенка были скорее автоматическими, нежели целенаправленными и осознанными. Эти действия осуществлялись одновременно с разговорами, которые мы вели между собой.
Девочке этого было мало, и, подбежав в очередной раз, она, взобравшись к маме на коленки, сказала: «Мамочка, я твой маленький котеночек». Мама тут же переключила внимание на свою доченьку и начала обнимать, целовать и гладить ее. В этом примере явно прослеживается отождествление ребенка с котенком. Почему так? Возможно, девочка зафиксировала котенка как некий собирательный образ, состоящий из нежности, любви и ласки. Увидела это в книге, мультфильме или сказке. Котят все любят, они маленькие, вызывают умиление, их хочется потрогать и поиграть с ними. Теперь каждый раз, когда ей будет не хватать ласки и внимания, она будет использовать эту отождествленную роль для получения недостающих эмоций.
На первый взгляд вполне безобидный процесс. В детские годы, да, возможно. Но как только придет время проявить свою идентичность, могут возникнуть проблемы. Важно понимать, что идентичность – это результат понимания девочкой себя. И если это понимание сформируется в искаженной форме, окружающий мир будет считывать не индивидуальную идентичность девочки, а отождествленную. Девочка вполне способна отождествлять себя с множеством персонажей одновременно. С мамой, с папой, с героем фильма. При этом образ и содержание роли могут быть совершенно разными. Например, сильный воин, но раненый и беспомощный. Или слабый ребенок, но доказывающий свою силу и мощь. Кроме того, не стоит исключать, что отождествление и идентичность имеют уникальную способность включать разные роли, в зависимости от окружения. Дома девочка – яркая звездочка, а на улице – тихая и незаметная. Девочка соберет свой собственный образ, отождествит себя с ним, определит идентичность, выгодную для нее, и начнет действовать. Самым неприятным может быть то, что девочка сформирует роли, в основе которых могут оказаться «Жертва», «Спасатель» или «Агрессор». Мы обязательно поговорим про эти ролевые установки, но немного позже. А сейчас я хочу привести пример диалога, который состоялся у меня с моей клиенткой Светланой.
Светлана: Меня воспитывала бабушка. Мама уезжала на заработки, и мы виделись несколько дней в месяц. Я не чувствовала недостатка в любви и внимании. У меня замечательная семья. Бабушка меня очень любила, но была строгой. Она могла усадить меня на стул и часами читать мне мораль и давать наставления. Мне, конечно, все это не нравилось, и чтобы избежать таких длинных разговоров, я предлагала бабушке чем-то помочь и что-то сделать по дому. На удивление, она соглашалась. Когда я вышла замуж и мой муж познакомился с моей бабушкой, он рассмеялся и сказал, что понял, в кого я пошла. Мне, конечно, стало интересно, чем мы похожи, и он даже продемонстрировал мне мое поведение. Когда я хочу поговорить с Игорем, я беру его за руку, подвожу к стулу или дивану, предлагаю присесть и начинаю разговор, допрос или высказывание своих претензий. Чтобы он мне ни говорил в ответ, я все ставлю под сомнение и не верю ему. Часто это приводит к скандалам. И только когда он срывается на крик, я успокаиваюсь и верю ему.
Марк: ваши разговоры с бабушкой имели односторонний формат или вы также могли отстоять свою точку зрения?
Светлана: Какая точка зрения? (Смеется). Я слова вставить не могла. Типа не доросла еще, чтобы умничать.