Поэтому мозг начинает использовать дофамин для закрепления действий, способствующих получению удовольствия. В результате взрослая девушка или женщина ставит перед собой цели, мечтает о чем-то и полноценно использует собственную систему поощрения для самомотивации. Мечтать хорошо, полезно и выгодно.
Формирование здорового визуально-пространственного интеллекта возможно там, где у девочки есть свобода в проявлении себя. Если родители запрещают ребенку рисовать, ограничивают фантазии и мечты, насмехаются над историями, которые рассказывает девочка (пусть и неправдоподобными), запрещают самовыражаться в выборе одежды – это все можно отнести к нарушению интеллектуальных границ.
Евгения: У моих родителей не было родителей. Они выросли в детском доме. Что такое любовь мамы и папы, им неизвестно. Я даже представить себе не могу, как это жить сиротой. Когда мама показывает свои детские фотографии, а у нее их очень мало, я сразу начинаю плакать. Я очень похожа на маму в детстве, и, конечно, видя свое отражение, слез не удержать. Мои родители очень хорошие и добрые. Но при этом очень ограниченные в своих взглядах на жизнь. У них есть стабильная работа и оклад. Как только я начинала мечтать о своих будущих достижениях, мне говорили, что это не для меня. «Будь реалисткой, выше головы не прыгнешь», «пусть платят немного, зато стабильно», «таких, как ты, мечтающих, много, если бы все было так просто, все люди были бы успешными и богатыми». Но самым запоминающимся случаем стало обнаружение мамой моего личного дневника. В нем я подробно описывала свое будущее. Прихожу я из школы и вижу маму, которая, постукивая дневником по руке, говорит мне: «Ну что, намечталась? Выброси эту дурь из головы. Если мы с папой будем мечтать, вы голодные останетесь». Мне приходилось втайне от всех, и даже от сестер, вести новые записи и прятать их. Сегодня я образцовый работник государственного бюджетного учреждения. У меня стабильная зарплата, которой я очень недовольна. Я не хочу так жить. Но на жизнь более интересную просто нет средств. Я знаю, чем хотела бы заниматься, но все мое окружение меня останавливает: «не рискуй, это того не стоит», «а что, если не получится?». Я только настроюсь, как обязательно меня обломают. Именно по этой причине я пришла к вам. Хочу проработать свои страхи и неуверенность в себе.
Евгения – типичная жертва нарушенных интеллектуальных границ. Неуверенная в себе и своих планах. Мечтающая, но не совершающая каких-либо действий для достижения целей. Легко управляема родителями, сестрами, близкими подругами. При принятии решений она ориентируется на страх и чужое мнение.
Таких взрослых, как Евгения, «девочек» миллионы. Потенциал их возможностей ограничился убеждениями значимых взрослых, которые по разным причинам, в том числе и по любви, помогли сформировать негативные установки своим дочерям.
Ксения: Я выросла в полной семье. Мой папа учитель математики, а мама преподает географию. Зарплаты у них, сами понимаете, были не очень большие, поэтому семейный бюджет был расписан от зарплаты к зарплате. Мы с мамой часто ходили по разным музеям, выставкам, а иногда и по торговым центрам. Поход в ТЦ для меня был как ритуал. Я высматривала разные модные наряды в журналах и на сайтах, чтобы обязательно примерить на себя и сделать фото на свою старенькую мыльницу. Так вот, идем мы с мамой по ТЦ, и она, конечно, заходит в самые дешевые бутики. Как только она видит, что я иду в дорогой магазин, она начинает заливаться: «какой смысл туда ходить, если нет денег?», «зачем дразнить себя тем, чего у тебя не будет?». Конечно, все это слышать неприятно. Несмотря на ее препоны, я все равно заходила в магазин, надевала на себя понравившийся лук, делала фото и выходила. Фотографии я распечатывала и вклеивала в свой альбом. Только сейчас в работе с вами я поняла, почему выбрала профессию стилиста-имиджмейкера. Да, сегодня я зарабатываю более-менее нормально. Но есть вещи, которые мне не по карману, но зато они по карману моим клиентам. Я получаюсь посредником между возможностями человека и красивой одеждой. Я хочу зарабатывать столько, чтобы вопрос приобретения понравившейся вещи вообще не стоял. Увидела и купила. Но у меня масса финансовых убеждений, как мне кажется. Мне страшно объявить стоимость своих услуг. Я уже не говорю о том, чтобы повысить их.
Установки, с которыми выросла Ксения, загнали ее в ограниченные финансовые убеждения. У нее присутствует визуально-пространственное мышление, но ориентировано оно на других людей. Ксения мыслит масштабно исключительно для клиента.