— Или…? — вздергивает бровь, делает шаг ко мне.
— Что? — хмурюсь, отступаю.
— Продолжи, — не останавливается, я тоже. — Не смейте прикасаться ко мне, или я оторву вам яйца… или сама трону вас… или буду кричать. Мне любопытно услышать твой вариант. Хочу знать, что ты планируешь со мной сделаешь, ведь я тебя не только трону, — обещание звенит в его голосе.
Да, он издевается!
Открываю рот, чтобы сказать, куда он может идти со своим вариантами, но натыкаюсь спиной на что-то холодное, твердой. Мои глаза распахиваются. Быстро оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, куда метнуться. Но Дикому хватает секундной заминки. Он, как тигр, в один прыжок пересекает разделяющее нас расстояние, останавливается напротив меня. Кладет руки мне на плечи, сжимает.
— Не придумала? — усмехается одним уголком губ, что почти незаметно из-за его бороды. — Тогда давай для начала я покажу, как трону тебя.
Одним движением срывает с меня ночнушку. Треск ткани заполняет тишину комнаты. Холодный воздух дополняется страхом и заставляет мои соски напрячься. Ахаю. Поднимаю руки, собираясь прикрыться. Но Дикий оказывается быстрее.
Хватает меня за талию, закидывает себе на плечо, словно я ничего не вешу. Даже среагировать не успеваю, как он делает пару шагов и бросает меня на кровать. Из груди выбивает весь воздух. Пару раз подпрыгиваю на пружинистым матрасе. Поднимаю голову и…
— Нет! Нет! Нет! — отползаю к спинки кровати, наблюдая, как Дикий стягивает свои боксеры, демонстрируя мне огромный член.
Глава 4
Мои глаза округляются. Дыхание застревает в груди. Тело немеет.
Начинаю отползать назад, не отвожу взгляда от хищника, который забирается на кровать. Медленно, размеренно, будто не сомневается в том, что поймает свою жертву.
Ускоряюсь. Совсем забываю о том, что из одежды на мне только белые бесшовные трусики. Сейчас не до этого. Все, чего хочу — скрыться. Убежать куда-нибудь подальше. Забыть про хищника, который не отводит от меня своих ярких глаз. В них сверкает предвкушение наравне с азартом. Хищник включился в игру, призвал свою дикую натуру, вышел на след и теперь готов к погоне.
Сердце так гулко бьется в груди, что я ничего кроме его стука и рваного дыхания не слышу. Наблюдаю за тем, как мужчина плавно приближается. Понимаю, что если что-то не сделаю, то мне конец. Он разорвет меня или… сделает еще хуже.
Оглядываюсь через плечо, продолжая ползти. Край недалеко. Если я успею, то… Подворачиваю руку. Кисть слишком сильно сгибается, боль стреляет в руке. Шиплю. Темные пятна застилают глаза.
Не успеваю прийти в норму, как Дикий хватает меня за лодыжку. Резко дергает на себя. Дыхание застревает в груди, когда я снова падаю спиной на кровать. Шок перемешивается со страхом, меня начинает трясти. Не могу ни о чем думать. Совсем не соображаю. Брыкаюсь свободной ногой, вторую — словно тиски сжали, даже пошевелить ей не удается. Пытаюсь освободиться. Упираясь пятками в кровать. Дернусь. Руками хвалюсь о простынь, но ее только сминаю. Даже на миллиметр не получается сдвинуться с места.
Все потуги оказывается напрасными. Такое чувство, что мужчина позволяет мне бороться. Похоже, ему нравится мое сопротивление. Ведь он не приближается и не отдаляется. Просто смотрит на меня сверху вниз и… ухмыляется. В его глазах полыхает пламя. Взгляд скользит по коже, оставляя не просто след, а настоящий ожог. Хочется прикрыться, а лучше исчезнуть с концами.
— Пустите меня, — произношу дрожащим голосом, приподнимаюсь на руках, — пожалуйста, — заглядываю в глаза Дикому, содрогаюсь.
Их заволокла тьма, черты лица заострились. Дышать становится невообразимо трудно, сглатываю ком в горле. Прекращаю сопротивляться. Застываю. Боюсь даже вздохнуть лишний раз. Страшно представить, что этот может сделать со мной.
— Попроси еще, — рычит он.
— Что? — непонимающе шепчу.
— Давай, умоляй, чтобы я тебя не трогал, — его пальцы сильнее впиваются в мою щиколотку, когда он начинает надвигаться на меня. Внутренности стягиваются в тугой узел. Горло перехватывает, сжимается. Хочу закричать, но из меня вырывается лишь хриплый выдох. — Может быть, я прислушаюсь? — вздергивает бровь, хватаясь за край моих трусиков.
Я словно оживаю. Откуда ни возьмись появляются силы. Свободной ногой удаляю Дикого в живот. Руками хватаюсь за край матраса. Оттягиваю себя от него.
— Не трогай меня, — бормочу, пытаясь вырваться из хватки. — Не смей. Ты слышишь меня? — мышцы горят от напряжения, руки трясутся. Но… я даже на миллиметр не сливают.