Начинает кружить. Медленно, размеренно. С особым наслаждением, будто, знает, что делает. При этом смотрит на меня, словно впитывает каждую эмоцию. Собирается забрать все, что я только могу ему дать. Неважно, что это будет страх или наслаждение.
В глазах мужчины появляется опасный… дикий блеск. Черты его лица заостряются.
Хочу бороться… Очень. Но я не дура, понимаю, что все бессмысленно. Если бы он собирался меня отпустить, то сделал бы это давно. Но он решил, что я должна “отработать долг, и не отступится, пока не заберет свое. Все, что я могу — минимизировать вред, который он может мне причинить.
Зажмуриваюсь. Расслабляюсь.
Но разум не перестает кричать:
“Пожалуйста, только не это. Пожалуйста…”
“Все будет хорошо. Ты сильная. Ты справишься”, — успокаиваю себя, хотя бесполезно..
Прикосновение к складкам заставляет меня дернуться. Но Дикого это не останавливает, наоборот, подталкивает. Он медленно, одним пальцем проникает в меня. Вторым — продолжает кружить по клитору.
Увлажняюсь
Смущение заливает меня. Щеки начинают гореть.
Я не могу… пожалуйста. Только не с ним. Не так. Это же мой…
— А ты узкая, — его хриплый голос вызывает волну мурашек, которые пробегают по моему телу.
Даже не глядя на него, чувствую его взгляд на себе.
Он не может стать моим…
— Хочу попробовать тебя! — рычит.
Одним размашистым движением входит… резкая боль проносится по телу. Слезы брызгают из глаз. Стискиваю челюсти до скипа. Задерживаю дыхание, пытаясь не шевелиться.
Дикий застывает. Кажется, даже не дышит.
— Посмотри на меня, — шипит. Мотаю головой. Не хочу. Не хочу его видеть. Зубы начинают постукивать, не в силах сдержать рыдания. — Я сказал: посмотри, черт тебя дери! — хватает меня за подбородок. До боли сжимает.
Решаю не рисковать. Мало ли что он еще может со мной сделать. Открываю глаза, сразу замечаю чистую сталь.
— Только не говори, что ты девственница? — рычит Дикий в полном недоумении и… ярости.
Глава 5
Слезы льются из глаз, размывая взор. Пытаюсь сделать вдох, но резкая боль стрелой пронзает тело. Застываю, пытаюсь сжаться, но пожар внизу живота не проходит. Дикий сильнее впивается пальцами в мой подбородок. Черты его лица заостряются. Тьма в глазах до чертиков пугает.
Зажмуриваюсь.
— Да, блядь! — Дикий отпускает мой подбородок.
Снова упирается руками с двух сторон от моей головы. Глубоко вздыхает и медленно выдыхает. Его порода щекочет губы, подбородок. Горячее тело прижимается ко мне, толстый член до сих пор во мне.
Я чувствую его взгляд на лице. Из-за него кожа воспламеняется.
Боль немного притупляется. Внизу живота все еще жжет, немного ноет. Но все это уже… терпимо.
Делаю сначала аккуратный вдох, потом медленный выдох, прислушиваюсь к себе. Прожигающей насквозь боли вроде бы не чувствую. Постепенно, аккуратно начинаю дышать. Боль с каждым вдохом уходит на задний план, остается только небольшой дискомфорт.
— Открой глаза, — рычит Дикий так неожиданно, что я дергаюсь.
Член врывается в меня глубже. Застываю, готовясь к новой волне боли, но она так и не приходит.
— Открой глаза, твою мать, последний раз повторяю, — голос Дикого полон предупреждения.
Сердце пропускает удар и вновь пускается вскачь. Последнее, чего я хочу — смотреть на этого мужчину. Он сейчас кажется мне монстром, который решил поиграть со своей жертвой, прежде чем порвать ее на части. Но также понимаю, что у меня нет выбора. Если не открою глаза сама, Дикий заставит. Поэтому набираю в грудь побольше воздуха и смотрю в адскую бездну дикого зверя. Он тут же впивается в мои глаза своим бездушным, опасным взглядом, переносит вес на одну руку, а вторую…
Сильнее расширяю веки, стоит почувствовать ладонь у себя на животе. Она скользит по коже, опускается все ниже и ниже.
— Нет, не надо, — мотаю головой, когда ощущаю легкое прикосновение между ног. — Пожалуй… — дыхание застревает в груди, когда грубый палец касается моего клитора.