Она взяла сумочку.
· Лера, было приятно познакомиться.
· Взаимно, Елена Павловна.
Матвей пошел провожать ее. Я осталась на кухне, прислушиваясь.
...она милая, Матвей. И совсем юная, - донесся тихий голос матери из прихожей. - Будь
осторожен. сын.
Дверь хлопнула.
Повисла звенящая тишина.
Матвей вернулся на кухню. Он не смотрел на меня. Подошел к раковине, налил стакан воды и
выпил залпом, словно тушил пожар внутри.
Я сидела на барном стуле, вцепившись пальцами в край столешницы.
- Прости, - тихо нарушила я молчание. - Я не знала, что она здесь.
Матвей медленно повернулся. Он оперся поясницей о столешницу, скрестив руки на груди. Его взгляд стал тяжелым, он медленно скользил по моим босым ногам, по обтянутым лосинами бедрам, поднимался выше, по серой ткани его собственной футболки, задерживаясь на очертаниях груди, и наконец встретился с моими глазами
· Тебе не за что извиняться, - его голос был низким, с хрипотцой. - Это мой дом.
· Она... она что-то подумала?
· Она подумала ровно то, что увидела, Лера. Красивую девушку в моей одежде на моей кухне.
Выводы напрашиваются сами собой.
Он тяжело вздохнул и провел ладонью по волосам.
- Лера... зачем ты надела эту футболку?
Вопрос прозвучал почти как обвинение.
- Она удобная, - прошептала я, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. - И она... пахнет
тобой.
Он посмотрел на меня с такой нежностью, что у меня защипало в глазах.
· Иди спать.
· А ты?
· А я доем торт и, видимо, приму ледяной душ. Уже второй за день.
Я ушла в свою комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, сползая на пол.
Он хотел меня. До безумия. И его чертово благоролство одновременно восхишало меня и
доводило до бешенства.
Глава 17.
Следующие пару дней прошли в сумасшедшем режиме. На работе Матвей к чему-то упорно
готовился. В университете я старалась не смотреть на него дольше положенных трех секунд
После пар мне позвонил отец.
- Валерия, в пятницу состоится ежегодный благотворительный вечер фонда «Наследие». Я
хочу, чтобы ты пошла с нами.
· Пап, у меня учеба, да и работы много... - начала я, заранее зная ответ.
· Это не обсуждается, - перебил он спокойным тоном, не терпящим возражений. - Это важное статусное мероприятие. Там будут Игнатьевы, Громовы и все ключевые партнеры. Твое отсутствие будет расценено как неуважение к семье. Купи себе платье. Карту я разблокировал на один день.
· Хорошо, папа.
Я сбросила вызов. «Наследие». Очередная ярмарка тщеславия.
Вечером я приехала в пентхаус первой. Матвей вернулся позже, уставший и голодный.
Мы поужинали на кухне почти молча, обмениваясь короткими фразами о документах и сроках,
но каждый раз, когда наши взгляды встречались над тарелками, воздух искрил.
После ужина я встала, чтобы убрать посуду в посудомойку. Матвей остался сидеть за столом,
просматривая что-то в планшете
Я загрузила тарелки и потянулась к верхней полке шкафчика, чтобы достать капсулы для
кофемашины.
Я встала на цыпочки. Моя домашняя футболка задралась, оголяя полоску кожи на пояснице.
Матвей шумно, резко вздохнул, словно ему перекрыли кислород.
· Лера, - его голос стал низким, с вибрирующей хрипотцой.
· Да? - я замерла.
Он отложил планшет в сторону. Резко развернулся на стуле, поймал меня за руку и одним
сильным движением притянул к себе.
Я ахнула, потеряв равновесие и оказавшись зажатой между его разведенными ногами.
- К черту кофе, - прорычал он, глядя мне в глаза темным, голодным взглядом.
Он подхватил меня за талию и легко, словно я была невесомой, поднял и посадил на край
массивного кухонного стола.
Он шагнул вплотную, вклиниваясь между моих бедер. Его горячие ладони легли мне на ноги, большие пальцы поглаживали внутреннюю сторону бедра сквозь ткань домашних штанов, прожигая КоЖУ.
- Ты сводишь меня с ума, - выдохнул он, и накрыл мои губы своими.
Поцелуй был жадным, властным, со вкусом безумного желания. Я вцепилась пальцами в его плечи, отвечая с той же отчаянной страстью, которая копилась в нас всю неделю. Его язык сплетался с моим, руки сжимали меня все крепче, притягивая к себе так, что между нами не осталось и миллиметра пространства.
Мы оторвались друг от друга только когда легкие начали гореть от нехватки кислорода.