Иду за Аязом в кабинет. Он сидит за столом, его взгляд — серьезный, сосредоточенный.
— Мои родители приедут завтра, — говорит он, его голос — спокойный, но в нём слышится напряжение.
Замираю. Это объяснение — не то, чего я ожидала. Мои мысли в беспорядке. Зачем они приехали? Что будет?
Я начинаю готовиться к их приезду. Выбираю наряд, готовлю угощения. Хочу произвести хорошее впечатление. Аяз помогает мне, его поддержка — ценна. Он рассказывает о своих родителях: Алья — строгая, требовательная, Азар — спокойный, мудрый. Он не знает, как они реагируют на меня. Это нервирует.
На следующий день они приезжают. Алья — элегантная, с холодным, проницательным взглядом. Азар — спокойный, добродушный, его улыбка — теплая. Они производят впечатление сильных, влиятельных людей.
Я разливаю чай, мои руки — немного дрожат. Я боюсь их осуждения, их неприятия. Алья — холодная, неприступная, она внимательно рассматривает меня, её взгляд — проницательный. Азар — спокойный, он наблюдает за нами с добродушной улыбкой.
Мы разговариваем о пустяках, но я чувствую на себе взгляд Альи. Она задает вопросы о моей жизни, о моей семье… её интонация — нейтральная, мимика сдержанная.
— Я рада, что ты сделала моего сына счастливым, — говорит Алья, её голос — мягкий, теплый. — Глядя на него, я вижу, что он доволен и любит тебя. Её слова — неожиданны, но приятны. Алья говорит это, когда мужчины уединились в кабинете для обсуждения бизнеса.
— Правда? — спрашиваю я, хлопая ресничками от удивления. Я не ожидала такого теплого приема.
— Прости, не хотела пугать, — Алья подходит ко мне и обнимает. Её прикосновение — нежное, дружелюбное. — Я просто проверяла, насколько ты стойкая.
— Было немного страшно, — говорю я, улыбаясь.
— Нужно как можно скорее сыграть свадьбу, — говорит Алья, прося Оливию принести ручку и бумагу. — К чему такая спешка? — спрашиваю я, садясь рядом с ней.
— Скоро новолуние, — поясняет Алья. — Ваш союз будет сильнее, если вы поженитесь в этот день. Это традиция нашей семьи.
Глава 37
— Теперь я понимаю, почему Аяз был таким задумчивым, — говорю я, вспоминая его необычное поведение.
Неделя проходит в суете свадебных подготовок. Гости, платье, меню… столько мелочей, о которых я раньше даже не думала. Алья — поддержка, наставница. Она помогает мне решить все вопросы, защищает в спорах, учит вести себя. Её помощь — бесценна.
Когда она узнает о моей беременности, то просто сходит с ума от счастья.
— Аяз Нуримов! Кто так делает⁈ — Алья отчитывает сына, её голос — строгий, но в нём слышится и радость.
— Мам, это произошло случайно, — Аяз бормочет, его вид — смешной, неловкий. Он, глава стаи и компании, оправдывается, словно маленький мальчик перед мамой. Я с трудом сдерживаю смех.
— Случайно происходит что-то другое, а не это, Аяз, — резкий, назидательный тон Альи пронзает воздух. — Все по кроватям, завтра важный день.
Аяз тянет к себе, уводя в спальню. Он медленно, осторожно раздевается. Его движения — плавные, неуверенные.
— Аяз, ты спишь не тут, — голос матери — строгий, беспощадный, раздается под дверью. Мой смешок — тихий, непреднамеренный, но, кажется, слышен всем.
Аяз вздрагивает, громко вздыхает, едва сдерживая раздражение, но все же отступает, уходя в соседнюю спальню.
Рассвет. Я проснулась с чувством легкого беспокойства, не выспавшись. Сегодня свадьба, и волнение охватывает меня. Мама Аяза — строгая, но справедливая, и от её планов не уйдёшь.
Солнечный свет нежно проникает в комнату. Алья плавно отдергивает шторы, тихо подходит к кровати на своих изящных каблуках.
— Кира, дорогая, пора вставать, — её голос — мягкий, ласковый, но в нём слышится настойчивость.
Оливия входит, несет поднос с чаем и пирожными, затем быстро уходит на кухню — дел у неё сегодня, действительно, не оберешься.
Выпив чай, Алья бросается в бой со временем. Прическа, макияж, платье — каждое действие выполнено с определенной целью, быстро, но аккуратно. Гости начинают прибывать, заполняя задний двор. Красивая цветочная арка — чудесное обрамление, ждущее нас с Аязом. Староста — терпеливо ожидает.
И вот, готовая, я чувствую, как отец Аяза берет меня под руку, ведя к алтарю. Аяз — ослепителен, идеальный смокинг, бутоньерка в нагрудном кармане, идеальная прическа. Его ослепительная улыбка — испепеляющий огонь. Его рука — нежная, уверенная, ведет меня к центру, где мы обвенчаемся.
В этот момент я не замечаю ничего, кроме него. Даже Амир, выглядящий не хуже жениха, не отвлекает меня. Мир сжимается, сужается до нас двух.
Слова старейшины — гипнотический шепот. Затем — наши клятвы, наши обещания.
— Всегда рядом, чтобы защищать тебя, любить, — клятва Аяза — пронзительная, искренняя.
— Я — твоя поддержка и опора, где бы ты ни был, — мой ответ — спокойный, твердый, пронизанный любовью.
Аяз целует меня — долгий, нежный поцелуй, поглощающий все чувства.
— Теперь ты точно только моя, — он шепчет, его дыхание — горячее, близкое, обнимая меня за талию.
— А ты до этого сомневался? — я спрашиваю, улыбаясь, чувствуя его тепло.
— Я ни в чем не сомневаюсь, — его ответ — уверенный, непоколебимый.
Гости набрасываются с поздравлениями, заполняя воздух потоком добрых слов. Банкет — шикарный, каждое блюдо — шедевр, Оливия потрудилась на славу. К вечеру — наш танец. Репетировали мы немного, но Аяз ведет меня уверенно, нежно, не позволяя мне споткнуться.
Прощание с гостями — тяжелое, изматывающее. Я почти падаю с ног. Шутки Амира — назойливые, пронзительные, вызывая головную боль.
— Береги её, сын, — Алья целует нас нежно, затем, садясь в машину с Азаром, уезжает.
Ночь с Аязом — страстная, бесконечная. Я забываю, сколько клятв мы повторяли, вплетая их в ласки. Я засыпаю, утопая в его объятиях.