Поэтому готова была работать. Над их отношениями.
Катя невольно втянулась в Генерала. Именно так. Втянулась. Если копнуть глубже, у неё даже, наверное, найдется несколько психических отклонений. Взять ту же неприязнь от вероятного прикосновения к ней кого-то другого. В этом что-то есть. Катя не психолог, определить свои мотивы и страхи не могла.
Другое дело, её тянуло к этому сильному мужчине. И она хотела, чтобы он с ней стал мягче.
– У меня нет документов, но я их и не спрашиваю. Уже поняла, Руслан, что ты мне их сделаешь и выдашь, когда сочтешь нужным. Ты меня обеспечиваешь всем самым необходимым. Если я сейчас тебе скажу, что хочу прогуляться по магазинам, ты мне выдашь дебетовую карту, приставишь охраны человека три, а то и больше и отправишь в свой торговый центр. Я права?
– Да.
Снова лаконично.
– Вот и я про то же. Это не входит в определение дня свободы.
– Воробушек, ты можешь говорить яснее? – мужчина подался вперед, сцепив пальцы в замок и положив руки на поверхность стола.
Они уже позавтракали и теперь пили кофе.
– Я пытаюсь. Ораторскому искусству не обучена, вести переговоры с оппонентом – тоже.
– То есть я твой оппонент?
– Конечно, Генерал, – она улыбнулась. – А ты сомневался?
– Катя, ты напрашиваешься…
– Да, напрашиваюсь. На день свободы, – она продолжала улыбаться, хотя от его легкого предупреждения, скрытой угрозы, чисто мужской, внизу живота сначала стремительно сжались мышцы, а потом отстрельнуло в пах. Между складочек, словно микроскопические молнии засверкали, и трусики увлажнились от вожделения, что накрыло Катерину. Чтобы скрыть собственную реакцию, которую Руслан запросто мог распознать с его поистине нечеловечным чутьем, Катя поспешила продолжить: – Что я хочу от тебя. Вернее, даже от себя. Я хочу, чтобы ты мне таки да, выдал карточку, и я уехала по магазинам. Но! Вот тут и заключается суть моей основной просьбы к тебе. Я хочу уехать одна.
– Нет.
– Другой реакция, Руслан, я и не ожидала…
– Нет, Катя.
– То есть мне даже не продолжать? – она смело взглянула ему в глаза, хотя у самой скрутило в области желудка. И возбуждение начинало утихать. Зато досада снова злорадно усмехнулась и приготовилась основательно приземлить её, поставив Катю на место… обычной содержанки без права голоса.
– Не стоит.
– Н-да… Сурово.
– Хочешь по магазинам – пожалуйста. Хоть сейчас. Хоть завтра с утра. В сопровождении.
Катя упрямо задрала подбородок кверху, сжала одной рукой подол платья и продолжила:
– Руслан, мне походы по магазинам не нужны. Это не первостепенная задача. Мне важно другое.
– Чтобы я тебя отпустил?
– Чтобы я, оказавшись вдали от тебя и твоих людей, провела эксперимент. Сама с собой.
– Какой к херам эксперимент, Воробушек?
– Очень непростой.
– Катя.
Её имя проговорили сквозь плотно сжатые губы.
– Я хотела бы понять, захочу я к тебе, Руслан, вернуться или нет. Я не полная дура, Руслан, и понимаю, что бежать мне от тебя смысла нет. Ты найдешь. Вернешь. Посадишь под замок. И так далее и тому подобное. Конечно, при твоей заинтересованности во мне. Ты сказал, что я тебе нравлюсь. Вот и я, Генерал, хочу понять себя. Подожди, пожалуйста. Ничего не говори. Выслушай меня. Я здесь. С тобой. Я не знаю, куда нас заведет твоя страсть ко мне. Но! Как я сказала ранее, мы с тобой очень разные. И мне тут тоже нужна определенность. Моя определенность. Личная. Хочу ли я молча терпеть генеральские закидоны, копить обиду, дальше беспризорницей ходить по дому, запираться в комнате, когда к тебе приезжают гости, и чувствовать себя никчемной куклой для удовольствия. Или… Или во мне тоже есть заинтересованность, Коваль. Тогда я уже буду думать, что делать дальше с собой и с твоими генеральскими замашками.
– Смело, Кать.
Он снова откинулся назад, скрестил руки на груди. Ткань футболки натянулась, очертив и без того рельефную мускулатуру. Тело Кати снова отреагировало на его сексуальную агрессию – соски напряглись, появилось ощущение легкого жжения внутри.
– С тобой никак иначе, Руслан…
– Даже так?
– Да.
Она заерзала на стуле. Всё-таки от его взгляда немного становилось не по себе. Умел он смотреть так, что хотелось мгновенно ретироваться и забрать все слова обратно.
– Очень сложно?
– Пока ещё не решила. Но я бы не хотела снова впасть в депрессию. Мне хватило гонок с тобой.
Руслан поднял руку и дотронулся до подбородка. Он не брился второй день, и легкая щетина ему даже шла. Придавала ещё большей брутальности, хотя, казалось, куда уж. Катя невольно залюбовалась им.
И этот мужчина её?
– Мне нравится, как ловко ты меня щелкаешь по носу, Воробушек, – выждав небольшую паузу, немного растягивая слова, сказал он.