Она замолчала, вспоминая детали.
Руслан молчал.
– Пришла в себя от пощечин. Естественно, первая мысль – полная дезориентация. Где я… с кем… никак не могла понять. Незнакомый мужчина, нависающий надо мной. Знаешь, Руслан, даже странно… Я смотрела на него и… ничего. От Потапова убегала сломя голову, боялась так, что слов трудно подобрать. А на этого… Ерин, ты сказал? Смотрела сквозь пелену. Испарину на лбу отметила, дрожащие руки. Страх был, но знаешь, не такой. Не бояться неадекватного человека, увидевшего во мне замену сбежавшей невесты, глупо. Я надеюсь, не глупая.
– Ты у меня умница.
У него…
Катя тоже заметила обращение. Улыбнулась, и щеки немного заалели, а то, как начала рассказывать, побледнела. Вроде бы и держалась, по крайней мере, очень старалась, а сама всё перед глазами держала. Руслан мог бы отложить разговор, ему не к спеху. Главное – она рядом. Но Катя настаивала. Значит, ей необходимо было выговориться, пережить снова произошедшее в его присутствии. Последнее не могло не греть душу.
– Я переоделась, как он и велел. Он достал нож и им угрожал. Я почему-то была уверена, что он его не применит. Почему? Даже не знаю. Чувствовала и всё тут. Мне необходимо было выбраться. А ещё… Я постоянно говорила себе, что не жертва. Нет. Я в состоянии бороться, и я сдюжу. И вернусь к тебе, Генерал. У меня в голове постоянно билась эта мысль. Что мне надо к тебе. Надо выбраться от маньяка и к тебе… И знаешь, я не сомневалась, что ты меня найдешь. Поэтому ставила цель остаться в живых. Получилось.
– Получилось, Катюш. Куда он тебя вез?
– Он снял дом у озера на медовый месяц. Что-то говорил про свою невесту, что она не приняла его… не поняла… Называл Наташей. Его ошибкой было то, что он связал мне руки впереди. Я не сопротивлялась, не была строптива. Казалась испуганной, но старалась не переигрывать. Хотя в какой-то момент и схлопотала удар по лицу… Блин, больно! Меня в жизни никто не бил и…
– И не будет, Кать.
Он не мог смолчать.
Смотрел на Воробушка, не моргая, говорил тихо и знал, что она ему верит. Эту веру, убежденность он уже считывал с её глаз. Мягкой улыбки.
Как же хотелось её поцеловать… Кто бы только знал.
– Я играла, и в какой-то момент он потерял бдительность. Остановился в туалет, потом вернулся и забыл заблокировать дверь. Вот тут-то мне и надо было что-то делать. Если бы он привез меня в дом на озере… Не знаю… Мне всё время казалось, что оттуда я живой не выбралась бы. Руслан, сейчас вспоминая себя, я даже не могу точно сказать, откуда во мне была уверенность, что всё будет хорошо, и я выберусь живой. Была и всё. Я незаметно сместилась к середине сиденья, а потом кинулась к мужчине… Накинула связанные руки ему на горло и принялась душить, именно с расчетом на ДТП…
Она замолчала, мысленно переживая те минуты снова и снова.
– ДТП? Катя, я восхищаюсь тобой. Говорю без всякого лукавства. Учитывая, что ты недавно побывала уже в одном.
Катя медленно кивнула.
– Я не думала тогда о том… не вспоминала… Просто надеялась, что в результате похитивший меня человек пострадает, а я нет. Наивно, и всё же… У меня получилось. Мы съехали в кювет, а там обрыв. И покатились. Несколько раз перевернулись. Генерал, а я родилась в рубашке, ты знаешь об этом?
– Знаю.
Коваль говорил урывками.
Больше слушал.
Смотрел.
На свою девочку.
Да, она достойна восхищения. Тихий боец. Пройдет ещё немного времени, и её лучшие качества проявят себя. Она ни перед кем не будет прогибаться, при этом сохранит мягкость и любовь к людям.
– Теперь и я знаю. Когда мы летели в кювет, я попрощалась с жизнью. И сожалела, что тебя не увидела… Видишь, что ты со мной сделал? Привязал к себе, не распутаешь.
– Я и распутывать не собираюсь. Если ты ещё не поняла.
– Я пойму. Завтра или послезавтра, когда ты меня отсюда заберешь и привезешь в дом. Я домой хочу, Руслан.
– Катя, что ты со мной делаешь? Ты меня режешь без ножа…
Он говорил правду. Не преувеличивал.
– А тебя не смущает, что я вот так… твой дом своим называю…