Иначе у неё так ничего не получится.
Руслан был возбужден. Сильно. Интересно, как он уляжется на полок, если член стоит? Тут впору было хихикнуть. Катю эмоционально штормило, кидало из крайности в крайность. Оно и понятно, напряжение достигло апогея. Генерал сегодня позволял ей вытворять всё, что ей заблагорассудится. Ему было интересно, что она задумала.
Веник уже приготовили. Два, кстати, один большой, а другой поменьше. Для чего, спрашивается? Или Коваль привык всё предусматривать?
– Почему именно баня?
Вопрос прозвучал для Кати неожиданно.
Она настолько мысленно сосредоточилась на предстоящем действе, что немного отвлеклась.
– Я часто представляла, как моюсь с молодым человеком.
– Эротическая фантазия?
Коваль задержался, не ложился на полок. Внезапная задержка подкинула толику нервозности в общее состояние Кати.
Девушка подошла к кадке с вениками. Теперь она снова находилась рядом с Русланом.
Он – обычный мужчина. Здесь и сейчас. Сам же сказал.
– Наверное.
Она не заметила, как снова изменилось его лицо, как из глаз ушла смешливость, уступив место звериной сущности.
– И каким ты его представляла? Этого молодого человека, – жестко бросил генерал.
Катя не видела, скорее, почувствовала его взгляд на своем плече. Она стояла боком к нему, всеми правдами и неправдами пытаясь как можно меньше демонстрировать грудь и низ живота.
А ещё в её голове мелькнула совершенно абсурдная мысль. Что интонация Руслана ужесточилась, в ней появились рычащие нотки, такие, словно он ревнует. Чушь, конечно. Скорее всего, снова разозлился на что-то.
– Не знаю.
– Врешь! – прорычал он и, выбросив руку вперед, развернул её к себе.
В воздухе мгновенно запахло опасностью, и Катя быстро ответила:
– Да, вру.
– Признаешь это?
– Признаю.
– Тогда отвечай на вопрос.
– А если не хочу?
– Каатяяя, – он растянул её имя, явственно надавливая на девушку.
Та мысленно выругалась и ответила:
– Молодой. Мой ровесник. Или старше меня максимум на пару лет. Худощавый. Спортивного телосложения. Светловолосый. Всё. Больше никаких примет.
Катя зачем-то подняла голову и посмотрела на Руслана.
Зря.
– То есть полная моя противоположность? – задал ещё один вопрос Коваль, его верхняя губа дернулась, а Кате захотелось малодушно сбежать.
– Ты спросил, я ответила. Или мне снова надо было соврать?
Сучка.
Маленькая, дерзкая. Его.
Хорохорится, пытается не тушеваться, не сорваться и не выбежать из парилки.
Когда начала говорить про придуманного парня, у Руслана челюсть свело. Отдаст ребятам распоряжение, чтобы пошерстили её окружение с приметами блондинистого нежильца. Если такой найдется, хана ему. Почему? Руслан не задумывался. Ему было по херу.
Никакой блондинистый недомужик не должен быть в голове Воробушка! Только он!
Руслан не собирался нарушать слово, но с каждой минутой экзекуция, устроенная им на добровольной основе, подогревала интерес и раззадоривала его зверя. Тот вышел на охоту. Прицеливался, присматривался. И девочка с розовой кожей, покрытой капельками испарины, вся такая нежная и доступная, нравилась ему всё больше.
Именно нравилась.
Фигура, голос, волосы. Как она держалась.
А ещё, как преодолевала себя. Раз за разом, минуту за минутой. Руслан больше всего в людях ценил силу духа. Смелость, умение идти до конца, выдерживая характер и сохраняя принципы. Не важно, какая у тебя комплекция. Сломать можно любого здоровяка. На войне выдерживали именно стойкие духом.
Воробушек сегодня удивляла его. Получается, раскрылась. А его продолжало кидать из крайности в крайность.
С одной стороны, Руслан даже был рад, что познакомился с Катей. Почему бы и нет? Он сейчас, как тигр в клетке. Сильный, одержимый, и действовать может минимально. А для него бездействие хуже всего. Деятельная натура Коваля постоянно рвалась в бой.
Сейчас же затишье. Выжидает. Решение уже принято, остались «штрихи». «Штрихи», по сути, тоже уже все распределены, добавлены, но надо немного подождать. Ещё. Месяц. Или два.
И тут к нему в руки попала Катя. На постельную игрушку она никак не тянула. Она – выше.
Даже по эмоциям. Какие эмоции у него возникали в отношении других девушек? Оттрахать, получить удовольствие, снять напряжение, отблагодарить.
С Катей выходило иначе.
Он мог поклясться, что у него появились собственнические инстинкты.
И это плохо…
Чертовски.
Он всё же лег, распластал своё мощное тело. Н-да, тут одни ноги чего стоят. Настоящие стволы деревьев.
Смахнув в лица испарину, Катя откинула косу за спину.