Его массивные ладони опускаются на стол по обе стороны от моих бедер, так, что я буквально оказываюсь зажата в капкане.
— Д-да, — выдаю нервно. — Завтра.
— А чего ждать? — оскаливается.
— Ну как, — передергиваю плечами. — Мне подготовиться нужно. Вещи собрать. Вам же моя одежда не нравится. Что-то другое подберу. И вообще…
— Нет, — обрывает. — Я тебя сам сейчас подготовлю. Как мне надо.
— Нет, я не… — невольно кусаю губы и тут же прекращаю это делать, поймав его испепеляющий взгляд на себе.
Искры, вспыхивающие в черных глазах, выглядят пугающе. Он смотрит на меня так, что чуть ли не облизывается.
— А насчет шмоток не переживай, — чеканит Хан. — Похер мне. Трахать тебя буду голой.
— Хорошо, — медленно и осторожно киваю. — Но завтра. Мне время нужно. Вот как раз до завтрашнего дня.
Смыться отсюда.
Вот что мне нужно, на самом деле.
И как можно быстрее.
Он молчит.
Но смотрит на меня настолько мрачно и выразительно, что я сама начинаю стрекотать, лишь бы хоть немного успокоиться.
— Можно завтра сроки обсудить? — выдаю. — И еще наверняка будет много разных вопросов.
— Чего? — кривится амбал.
— Ну надо выяснить период. На какой срок мы… заключаем договоренность.
— Много болтаешь, Синеглазка, — заявляет он отрывисто. — А толку от этого мало. Пора тебя делом занять.
Его рука вдруг забирается под мою кофту. Горячие пальцы по-хозяйски проходятся по моей коже. От живота к груди. Жестко.
Хан дает понять, каким именно «делом» намерен меня занять. Прямо показывает.
Сначала застываю, обомлев, а потом у меня окончательно сдают нервы.
Лягаю его коленом. Кажется, попадаю по ноге. Стараюсь двинуть изо всех сил. И вроде бы, у меня получается.
Он сгибается. Издает жутковатый рык.
А я пользуясь его секундной слабостью, выскальзываю из грубого захвата и бросаюсь на выход.
Вот только далеко удрать не успеваю.
Меня хватают за шкирку. Как нашкодившего котенка. Рывком возвращают обратно, сгребая ворот моей кофты в кулак.
— Хочешь жестко? — мрачно спрашивает Хан, резко притягивает меня вплотную. — Я устрою.
— Нет, нет, я никак не хочу…
— Рот закрой, — его большой палец медленно обводит мои дрожащие губы. — Или прямо тут отрабатывать начнешь.
— Но я, — всхлипываю. — Вы ошиблись. Я… я не такая… не такая, как вам надо…
— Такая, — ухмыляется. — Чую зажатая вся. Но подо мной разойдешься. Не оттянуть потом будет.
6
Теперь и вырываться страшно. Когда он так держит меня. Смотрит настолько пристально. Напористо, настойчиво.
Лихорадочно стараюсь хоть что-нибудь придумать. Хоть как-то из ловушки выскользнуть.
Но ум ничего не приходит.
А действовать надо срочно.
Может признаться ему? Объяснить, что я девственница? Ничего не умею. Значит, буду для него совершенно бесполезна.
Его рука опять забирается под мою кофту. Грубо, жестко проходится по телу, заставляя нервы заискрить.
Все. Не выдерживаю.
— Стойте! — выпаливаю. — Я…
Осекаюсь в последний момент.
А ведь я понятия не имею, как он отреагирует на такое признание.
Что если это сыграет мне дурную службу? Вдруг этот жуткий мужчина тогда еще сильнее мною заинтересуется?
Нет. Такого точно допускать нельзя.
— Чего? — скалит зубы Хан.
— У меня совсем мало опыта, — стараюсь выразиться обтекаемо, прощупать почву, прежде чем выдавать всю правду как на духу. — Думаю, вам это все совсем не понравится.
— Проверить надо, — хрипло заявляет амбал. — Попробовать. А про опыт не дергайся. Чему надо, сам тебя обучу. Втянешься. Быстро поймешь, что мне нравится.
Чем дальше, тем хуже.
И я уже совсем не представляю, как из этой западни выкарабкаться.
— Не люблю шлюх, — прибавляет Хан. — А ты на вид ничего.
— А? — чуть дышу.
— Свежая, — довольно заключает верзила.
Будто речь про товар на рынке.
Похоже, уже поздно говорить, что я… ну того… такая, как он «не любит». А мой свежий вид — обман. Испорченная я. Не надо ни проверять, ни пробовать.
Его большая горячая ладонь уверенно проходится по моему животу, и я не грохаюсь в обморок лишь потому, что слишком сильно боюсь. Замираю, парализованная страхом.
Отчаянно пытаюсь найти выход, но чувствую, как попадаю в тупик. Без надежды выбраться.
Вроде бы что-то мелькает в голове, какая-то идея всплывает.
Однако Хан сдергивает с меня кофту, заставляя опешить от резкого, порывистого жеста.
Одна его ладонь так и скользит по моему животу. Вторая захватывает низ кофты. Небрежно, даже как-то лениво.