- Хорошо, Алина Вячеславовна. Больше не буду, - все же козыряю я двумя пальцами. Замечаю, как Алина смотрит на мою руку, на мои пальцы. Приподнимая брови , смотрю на нее. А так уж ты невинна, девочка? Не могу сдержать улыбку. Она ахает, смущается, и едва не подпрыгивает, слыша сигнал чайника.
- Чай, - меня смешит, что она не знает что сказать. Как держит сахарницу, а руки трясутся. – У меня есть печенье, будешь? – спрашивает, и собирается доставать его из шкафа. Странно. Обычно сладости стоят на столе, но, видимо, в семье не принято так делать. Или не за что.
- Алин, не суетись, - беру ее за руку, чтобы успокоить. – Присядь.
Ее рука в моей ладони. Снова. Теперь я знаю, что может эта рука, эти губы, эта глотка. Я хочу еще. Я хочу всадить ей по самые яйца. Хочу трахать ее, чтобы она кричала. Блять. Мне нужно взять себя в руки.
- Хорошо, - садится и скрещивает руки на груди. Только сейчас замечаю, что сиськи у нее хороши. Даже можно сказать не маленькие для маленького тела. Алина замечает мой взгляд и руки опускает.
- Алин, - хватит игр. Нужно расставить все точки над и. – Наша первая встреча не удалась…
- Для кого как, - шепчет, намекая на то, что я кончил.
- Не скрою, мне понравилось...
- Ну да, конечно. Лучшего минета не было в твоей жизни, - дерзит зараза. Нет, милая, за дерзость будешь наказана.
- Были и лучшие, намного. Но результат все равно один, и с тобой он тоже был, - нажимаю голосом. Подавляю. – Но, теперь я понимаю, насколько для тебя это было неправильным.
- Ну да. Я же была такая счастливая, что ты обратил на меня свое внимание, что ты даже не заметил, насколько я испугана, смущена и потеряна. Да?
- Не заметил, - пожимаю плечами. Мне было похуй, и сейчас похуй на ее смущение. Абсолютно. Я готов ее сейчас раком поставить, но просто… Не хочу насиловать. – Я был зол, устал, у меня были проблемы. А тут ты со своими криками. Мне хотелось расслабиться.
- Расслабился? –спрашивает, не поднимая глаз.
- Да, - кивает. – Даже не захотел продолжать с твоей подругой.
- Счастье-то какое! – восклицает. – Ты чаю хотел, - указываетна чашку, чтобы прекратить этот разговор.
- Я решил извиниться за тот неудачный вечер, - смотрю на нее, ловя ее взгляд. Хочу покорить ее, хочу заставить захотеть, хочу подавить и сделать так, как хочу. Она сдается, и... Смотрит на меня без злости и ненависти. Я вижу желание. И оно не чистое и нежное. Она просто горит. – Но это не значит, что я жалею о том, что произошло между нами, - вроде бы хочет возмутиться. – Я бы повторил и неоднократно.
- Ты… Ты… - все же возмущется. – Ты вообще, зачем пришел?
- Чтобы сказать, что я еще не закончил с тобой, - я поднимаюсь. – Я хочу еще.
- Ты охренел? – отходит, думая, что этим остановит меня.– Какое «еще»? Ничего больше не будет!
- Это ты так думаешь, - тихо шепчу и поднимаюсь. Она делает шаг назад и загоняет себя в угол. Ей некуда отходить. И я плотоядно улыбаюсь. – Я думаю иначе. Алина. Ты же понимаешь, что я могу многое. И если ты будешь сопротивляться…
- Буду, - тихо говорит, но я слышу, и чувствую, как снова оживает инстинкт охотника. – Потому что мне это не интересно. Ты мне не интересен.
Молчу, глядя на то, как поднимается и опускается ее грудная клетка. Ее рваные вздохи согревают мой подбородок. Рассматриваю ее лицо, замечая несколько веснушек. Вижу, как она покусывает дрожащие губы. Даю ей время, чтобы возбудится и испугаться.
- Конечно-конечно, - широко улыбаюсь . – Ты, наверное, потому так и целовалась. Потому что тебе это не интересно.
- Ты застал меня врасплох, - отвечает, гордо вздернув подбородок.
- Тогда подготовься. Сейчас я тебя поцелую, чтобы это было не врасплох, - говорю и прижимаю ее к шкафчику своим телом. Она моя.
47
47
- Не надо, - испуганно выдыхает. Я просто смотрю на нее, тяну время, захватывая ее, окутывая собой, обездвиживая. Смотрю в ее глаза, чтобы увидеть то черное желание, что видел уже ранее. Пытаюсь вытащить его наружу, и у меня получается. Она сама не понимает, что хочет. Обманывается сама, думая, что обманывает меня.
Алина ждет чего-то. Наверное, в любовных романах читала, что в такой ситуации мужчина набрасывается на губы женщины, и теперь ждет того же. Но я иду по другому пути. Касаюсь губами ее щеки. Нежный запах и гладкая кожа вызывают у меня какое-то теплое чувство, которое появляется только рядом с ней.
- Надо, глупенькая, еще как надо, - тихо говорю, поднимаясь поцелуями к виску. Выдыхаю ей на ушко, и девочка дрожит, Она совсем скоро сдастся, но пока поднимает руки и упирается мне в грудь. Я сразу их фиксирую. Сейчас мне касания не нужны. – Не дергайся, малышка, не поможет.
Снова касаюсь щеки и мелкими легкими касаниями рисую дорожку к уху. Алина тяжело дышит, то ли не вдыхая достаточно воздуха, то ли не выдыхая. Пока еще она себя сдерживает, боится, не понимает чувства. Но скоро будет отвечать на мое желание своим, и не думаю, что оно будет слабым.