- Ничего она не думает, - машет рукой Иван. – Я ей кратко все объяснил.
- Хорошо, - вздыхаю. – Я завтра решу вопрос. Просто сегодня я не готова… - осекаюсь. Зачем ему знать, что я не готова к встрече с Князем. Что я не готова к тому, что он откроет своим ключом дверь. Что не хочу того, чего хочет он.
- Я все понимаю, и Света тоже, - кивает мужчина в тот момент, как открывается дверь лифта. – Спокойно. Все будет хорошо.
Иван звонит в дверь, и как только она открывается, на меня обрушивается лавина звука. Телевизор, какие-то музыкальные инструменты, вопль ребенка, звук шлепка, и теперь уже не вопли, а вой.
- Ну, вот мы и пришли, - смеется мужчина. – Добро пожаловать.
- Спа… - я больше ничего не успеваю сказать, в коридоре появляется мальчик лет пяти, и дико орет:
- Папа!
- Миша! – так же громко кричит Иван, от чего я подпрыгиваю.
Мальчишка бежит по довольно длинному светлому с зеркалами коридору, и просто впрыгивает в объятия отца. Тот кружит его, подхватив под руки. Быть спокойной в это время нельзя, и я улыбаюсь во весь рот.
- Михаил! – слышу женский голос, поворачиваюсь, и встречаюсь с взглядом темных, серьезных и внимательных глаз. – У нас гости, а ты не поздоровался. Как не стыдно.
- Ничего страшного, - тихо говорю я, глядя на то, как разом поникли Иван и Миша. – Он просто рад видеть папу, да, малыш?
- Угу, - кивает, но тут же утыкается головой в бок Ивана.
- Это не отменяет правил поведения, - говорит Светлана. – Добрый вечер и добро пожаловать, - она говорит таким тоном, что я понимаю, что вообще не добро пожаловать. И даже не совсем добрый вечер. – Я Светлана, - она укоризненно смотрит на мужа, - жена этого бегемота, не познакомившего нас так, как положено.
- Я Алина, - протягиваю ей руку для рукопожатия. – Не знаю, как объяснить, кто я.
- А нечего объяснять, - раздается голос Ивана. – Алина девушка моего босса.
Я не успеваю возмутиться этим объяснением, сказать, что я не его подружка и никогда ею не буду. Потом что в комнате появляется еще один ребенок – девочка, а за ней совсем маленький мальчик. И вот во всей этой суете успеваю заметить взгляд Светы, а потом гримасу на лице, адресованную Ивану. Гримаса эта говорит: « И что он в этой курице нашел?». Эх, Света, я бы тоже хотела узнать, но Князь не ответит на такой вопрос. Мне становится не по себе, чувствую себя куклой, стоящей на витрине магазина. Нет, скорее полуголым манекеном, на котором надета только вещь сверху или только снизу.
- Это Варенька, - голос Ивана выдергивает меня из неприятных мыслей. Поворачиваю голову, и встречаюсь с взглядом точно таких же глаз, как у Светы, только в два раза больше. Девочка смотрит на меня с каким-то презрением и опаской.
- Привет, - говорю я, и улыбаюсь. – Я Алина, и пусть мама и папа говорят тебе, что я тетя Алина или Алина Вячеславовна, для тебя я Алина.
- Здравствуйте, - официально говорит девочка, но я вижу, что она немного оттаяла. Не знаю, что было тому причиной, мой тон или то, что я разрешила называть меня по имени, но девочка улыбается.
- А это Глебушка, - подхватывает на руки малыша большой отец. – Наш самый мелкий и самый шумный.
- Привет, - щекочу мальчика под подбородком. – Ты такой милый.
- Ну да, пока спать не укладывается, - смеется Светлана, но все выглядит очень наиграно, и я уже жалею, что согласилась на предложение Ивана.- Ты голодная? Пойдем, я блинчиков напекла, чай поставлю, расскажешь, как с Олегом познакомилась.
Меня как в прорубь толкнули. Я не знаю, как это бывает, но представить могу. Думаю, что это очень больно и страшно. Но то, что я чувствую больнее раз в десять. Господи, что я могу ей рассказать? Такое не рассказывают даже самым близким друзьям, не то, что едва знакомой женщине. Оглядываюсь на Ивана, он ловит мой взгляд и все понимает.
- Свет, это не тот случай, чтобы рассказывать, - я тихо выдыхаю. – А блинами накормить и чаем напоить можно.
Хозяйка дома смотрит на меня, и в ее глазах я читаю любопытство и что-то такое, что мне нравится. Что-то похожее на зависть.
- Ясно, - она сжимает губы. – Он никак не угомониться. Пойдем, - добавляет женщина, думая, что я не слышала первую фразу. – Варь, включи чайник! – достаточно громко кричит Света. Руки мыть и на кухню.
Пьем чай практически в тишине. Только дети тарахтят, рассказывая отцу о том, что делали и как шалили. Варя то и дело поглядывает то на меня, то на отца. Надо же, совсем еще маленькая девочка, но уже что-то знает об изменах. Пытаюсь показать всеми силами, что ее папа мне не интересен и под конец практически получается.