- Пойду, попудрю носик, - говорит, вдруг Света, и выходит из-за стола. – Алина, не стесняйся, тебе необходимо съесть еще один блинчик с творогом.
- Да, спасибо, - улыбаюсь и делаю то, что сказала жена Ивана.
- А вы с папой работаете? – вдруг спрашивает Варя.
- С папой? Нет, почему ты так решила? – удивляюсь.
- Ну, он же вас привез…
- Варь, я учителем работаю, в школе. Английскому языку учу, - отпиваю чай, и стараюсь не дать девочке повода подумать что-то не то.
- Тогда почему вы приехали с папой? – вот теперь она открывается полностью, показывая свои страхи. Никогда не была сильна в психологии, а тем более в детской. Ну, на уровне требований к учителю – да, а вот именно, как психолог- нет.
- Алина подруга Олега Дмитриевича, - говорит Иван. – У нее дома ремонт, и Олег попросил…
- А почему он ее к себе домой не забрал? – выделяет голосом слово «Он» девочка.
- Потому что он будет до утра в офисе, а Алина не хочет быть одна в чужом доме. Ты бы захотела? – Иван внимательно смотрит на дочь, и я вижу, что он пытается понять, откуда у малышки такой страх.
- Варя, я завтра утром уеду, - объясняю. – Просто очень устала, и Олег попросил твоего папу принять меня. Мама согласилась. Мне некуда ехать.
- А ваши родители? – снова внимательные серые глаза уставились на меня.
- Они в другом городе. На юге страны, - тяжело вздыхаю. – Если бы они были здесь, я бы была у них. Мне тоже тяжело, не хотела вам мешать, создавать трудности и надоедать. Но это на одну ночь.
- Ну, - она смотрит на меня. – Хорошо. Вы можете спать в моей комнате. Мама раскладушку даст.
- Прекрасно, - я улыбаюсь, чувствую хоть и небольшое, но облегчение.
После чая мы играем в настольную игру, в которой побеждает Светлана, а потом Варя обращается ко мне за помощью в домашнем задании по английскому, и мы уходим в ее комнату.
Она не похожа на обычные девчачьи комнаты. Не розовая, а в серых и зеленых тонах, с коричневой мебелью и шторами с травяным принтом. Я, словно в тропики попадаю, потому что по всей комнате развешены и разбросаны игрушечные животные.
- Я люблю зверей, - говорит Варя, реагируя на мои рассматривания. Девочка, оказалась, смышленой не по годам, и очень спокойной.
Объясняю Варе пройденную ими тему еще раз, показываю речевые обороты, поясняю правильный выбор глаголов, и, когда мы доходим до письма, слышу, как открывается дверь в комнату и знакомый голос говорит:
- Хорошо спряталась, - резко оглядываюсь, в ужасе глядя на рассвирепевшего Князя. – Собирайся. Засиделась и так.
Дорогие мои! Поздравляю вас Новогодними и Рождественскими праздниками! Желаю вам всего самого светлого и счастливого! Удачных начинаний и прекрасных окончаний)))
Ваша Би.
57
Смотрим друг другу в глаза, как будто в гляделки играем. В его глазах просто полыхает ярость и еще что-то, непонятное и темное. В моих, я уверена, нет ни капли решительности, хоть я и пытаюсь вытащить ее из пяток, куда душа убежала при первых звуках голоса Орлова.
Он окутывает меня своей темнотой, мне кажется, что еще немного, я не буду видеть ничего вокруг, кроме него. В ушах гул, а в грудной клетке грохот. Он темный, темный… Сдаюсь, и отвожу взгляд, иначе просто провалюсь куда-то, откуда не смогу найти выход. Слышу шумный выдох Орлова, и снова поднимаю глаза.
- Плохо слышишь? – он делает шаг ко мне, но я выставляю руку вперед, и бросаю взгляд на Варю. Девочка выглядит испуганной и бледнеет на глазах.
- Варюш, - стараюсь, чтобы голос не дрожал, но не особо получается. – Ты звони мне, хорошо? Если сложности с языком, да и с любым уроком, я …
- Дядя Олег, - вдруг дрожащим голоском говорит девочка, и я дергаюсь. – Вы почему злитесь?
- Он просто… - пытаюсь сказать быстрее, чем Князь, но он меня перебивает:
- Ты дядя Олег? – рычит, и делает шаг к нам. – Варвара, это дела взрослых.
- Я не дам вам забрать Алину! – восклицает ребенок, и начинает плакать. – Вы злой!
- Ты совсем куку? – шепчу мужчине, и поднимаюсь со стула, чтобы присесть перед девочкой. – Варь, ну ты чего? Он просто испугался, когда позвонил, а я не ответила. Малыш, некоторые мужчины, - шепчу ей, - не могут показать, что волнуются и переживают, они это злостью заменяют, - слышу, как хмыкает Князь. – Все хорошо, - вытираю нежные щечки девочки. – Он не сделает мне ничего плохого, правда, - и снова хмыканье. Оглядываюсь, и снова эти чертовые гляделки. Он не растерял ярость, и я понимаю, что сегодняшняя экзекуция в его кабинете мне может показаться нежными ласками. Хотя зад мой немного саднит.