Я отвечаю ему.
Плавлюсь.
Стону.
Сама пугаюсь стона, но ничего не могу сделать. Это слишком сладко, жарко и мощно. Не замечаю, как Орлов подхватывает меня под ягодицы, и забрасывает на свои бедра. Юбка задирается практически до самой талии, а его руки тут же накрывают оголенные участки. Мне хочется потереться о него. Почему? Мать природа знает, а кто я такая, чтобы спорить. Слышу сквозь шум в ушах звуки, издаваемые нами. И завожусь еще больше.
- Выебать бы тебя прямо здесь, - шепчет Орлов, оторвавшись от губ. Я вздрагиваю от его пошлых слов, и обещания слышимого в его голосе. – Алина, он целует уголок припухших губ. – Нахуй ты к Ивану поехала?
- Я в гостиницу хотела, - не знаю зачем, отвечаю шепотом. – Иван уговорил …
- Надо ему премию выписать, - чувствую на губах его улыбку.
- Поставь меня, - говорю, ощущая себя некомфортно, и начинаю елозить в его руках, от чего делаю себе только хуже. Сама же касаюсь его рук своей, пусть не голой, но практически обнаженной задницей.
- Алина, - голос мужчины низкий, сладкий, тягучий, - зачем ты убегаешь? Ведь все равно будешь моей рано или поздно, - говоря это, он целует щеку, висок, подбирается к уху. – Рано или поздно будешь стонать и кричать подо мной, а я буду полировать твою киску, - это он шепчет на ухо, после чего прикусывает мочку, смачивая слюной и обдавая дыханием.
- Не буду, - отталкиваю его, хотя инстинкты требуют прижать к себе, слиться с ним, раствориться в нем. – Отпусти!
Не знаю, я это говорю об этом моменте или в общем, но слова срываются, разливая холод между нами. Орлов вздыхает, опускает меня, и наблюдает за тем, как я поправляю юбку. Черт бы побрал тех, кто придумал такой фасон, и модель. Я краснею под взглядом мужчины. Он уже не злится, теперь его глаза, как жидкий мед. Стараюсь не встречаться с ним глазами, иначе завязну в этой страсти, как бестолковая пчелка.
- Упертая ты, - он указывает идти вперед. – Но я тебя сломаю. Малыш, чем быстрее ты смиришься, тем лучше будут для тебя. Иначе, когда я дорвусь до твоего тела, порву.
Меня передергивает от его слов. Только что он был просто страстный мужчина, а сейчас грубый и циничный бандит. Хочу ответить, нагрубить, но понимаю, что лучше не стоит. Что за сегодня уже и так слишком много всего произошло.
Выходим на улицу, и я останавливаюсь, чтобы вдохнуть холодный воздух. Он остужает мои красные щеки и шею. Весь спуск Орлов рассказывал, что хочет со мной сделать и в какой позе, пока я не выдержала и не приказала ему заткнуться.
- Что, жарко? – спрашивает Князь, подталкивая меня в спину своей огромной ладонью. – Смотри, разгорячилась вся, не простудись.
- Не волнуйся, - веду плечами, чтобы сбросить его руку, но она оказывается на моей попке. – Убери руку, - шиплю, пытаясь скинуть ее со своего тела.
- Привыкай, - он достает ключ, и машина вспыхивает фарами. – Пошли, уже поздно.
Молча иду за ним, молча сажусь в машину, молча пристегиваюсь. Стараюсь игнорировать его запах. Запах леса и моря, свежего воздуха и табака. Возможно еще чего-то, но я заставляю себя не прислушиваться, не втягивать его в себя, не давать возможности даже подумать о том. Что он мне нравится. Запах, не Князь.
- Я вот думаю, - подает голос мужчина после долгого молчания. Я вздрагиваю от неожиданности, но на него не смотрю. – Не зря Лизка просила тебя не трогать.
- Что? – я не сразу отвечаю на фразу. Мой мозг не готов принять то, что моя ученица, просила своего дядю… Поворачиваюсь к нему. – Что?
- То, - он тоже поворачивается ко мне, криво улыбаясь. Отвожу взгляд от его лица, боясь, что сфокусируюсь на губах, и упираюсь в руки, лежащее на руле. Крупные кисти, длинные пальцы… В голову тут же лезут грязные мысли. Татуировка в виде ревущего льва усугубляет положение. – Нравится? – спрашивает Князь и я киваю на автомате. Не могу сказать неправду. Татуировка выглядит страшно, будоражуще и сексуально. – Я, если захочешь, другие покажу.
- Не захочу, - слишком быстро и нервно отвечаю я, вызываю у мужчины смех. – Так что Лиза сказала?
- Блять, потянуло же меня, - бурчит под нос мужчина, но выдает сразу: - Она сказала, что ты из тех, кто приезжает в большой город в надежде выйти замуж, и чтобы я оставил тебя в покое.
Меня заморозили. Облили ледяной водой на морозе.
- Из тех? – хочу продолжить, но Орлов это делает за меня.
- Из понаехавших, - отвечает он, показывая кавычки пальцами. – Ты, правда, замуж хочешь?
- Я, - мне становится не по себе. Не даром на меня Света смотрела с презрением, в офисе у Князя смотрели с насмешкой, в школе не считают своей… Я понаехавшая… Понаехавшая… Я не вызываю интереса, а Князь просто развлекается. Решение приходит само.