Мои глаза расширились. Я поняла, что это… яд. Яд, который, видимо, собирались дать мне. Яд, который должен был убить меня.
Но самое страшное, что флакон был неполным.
Я сжала флакончик в руках. Кожа покрылась мурашками. Я хотела выбросить флакончик в окно. Но я не сделала этого. Вместо этого я спрятала его поглубже, поглядывая на дверь.
Яд — это такая вещь, которая в хозяйстве всегда пригодится.
В этот момент в дверь постучали. Я вздрогнула. Каждый удар сердца отдавался глухой болью в основании черепа. Я быстро задвинула ящик, закрыла его на торчащий ключ, а сам ключ спрятала в карман и только тогда открыла дверь.
Передо мной стоял дворецкий.
— Миледи, — сказал он, не глядя мне в глаза, — Я всё написал и отправил. Разместил гостя в гостевых покоях.
Я кивнула. В груди — ни жалости, ни сочувствия. Только пустота, обрамлённая льдом. Но эта пустота продлилась недолго. Ее вытеснила тревога — холодная, змеёй обвивающая шею.
— Мистер Холлингс, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало. — Дайте мне ключ от кабинета мужа.
Дворецкий посмотрел на меня, словно хотел что-то сказать, но потом кивнул и достал ключ из кармана.
Я взяла его, сжала в руке и закрыла дверь на замок.
Замок щелкнул, как выстрел. Я спрятала ключ в карман. Теперь никто не войдёт сюда без моего разрешения.
Только я собиралась уйти, как вдруг услышала голос Лиора.
— Мне вот интересно, зачем вы закрыли дверь в кабинет супруга? — спросил он, а я повернулась к нему, видя, как гость наблюдает за мной издалека. — Не находите это странным?
Глава 28
Я смотрела на Лиора, пытаясь сохранить спокойствие. Но внутри меня всё дрожало. Я не знала, что сказать. Я не знала, что делать. Он был слишком умен. Слишком опасен. Он знал или чувствовал, что я что-то скрываю.
Да, десять лет я играла счастливую жену, а теперь мне снова предстоит роль, но уже безутешной вдовы.
Мозг лихорадочно соображал, как отвести от себя подозрения.
— Я… - прошептала я “убитым голосом”. - Вам не понять… Я не хочу, чтобы кто-то входил в его кабинет… Там… там все дышит им. Это словно место, где время остановилось!
Я сделала паузу, опуская голову.
— Каждая пылинка, каждая бумага, что лежит на столе… - прошептала я едва слышно. - Я захожу и чувствую, словно он вот-вот войдет в него… И это меня утешает. И я не хочу, чтобы кто-то нарушал порядок вещей, который он оставил. Не хочу, чтобы кто-то стирал пыль. Ведь она… она помнит о нем…
Я уткнулась лицом в руки и сделала вид, что плачу.
И тут я почувствовала руку на своем плече. От прикосновения я резко подняла голову, глядя на Лиора сквозь черную вуаль.
— Мадам, я все понимаю, - заметил он, а я отстранилась на “приличное” расстояние. - Я не хотел вас ранить.
— Простите, - сглотнула я, радуясь, что купила надежную вуаль, которая полностью скрывает мое лицо.
Я закрыла дверь на засов. Звук замка был тихим, но в моей голове он прозвучал, как гром. Я оперлась спиной о дверь, чувствуя, как сердце колотится в груди. Я была одна. Или… нет?
Иней полз по полу к моим ногам. Он расползался по зеркалу. Я почувствовала его холод спиной, видя, как дверь покрывают морозные узоры.
Я обернулась на дверь, видя, что ее полностью запечатало льдом.
Обернувшись в комнату, я увидела, что в моем кресле, широко расставив ноги, сидит убийца. В одной его руке нож, а другая покоилась не на подлокотнике, а на его бедре.
Широкая грудь, обтянутая черной тканью, вздымалась вверх-вниз. Дыхание было спокойным. Не то, что у меня.
Мне показалось, что где-то в районе солнечного сплетения задрожало что-то маленькое, но эта дрожь тут же передалась рукам и коленям. Через мгновенье меня уже потряхивало, а зубы незаметно стучали друг об друга.
Я ловила каждое движение. Обычно я так не делаю, но глядя на это чудовище, я пыталась угадать его настроение, угадать его мысли.
Его лицо было скрыто маской, и я не могла ничего прочитать.
Испуганно я посмотрела на его глаза, видя в них нетающий лед. Они были такими же, какими я увидела их в первый раз.
В них читалось то самое ледяное обожание смерти.
Он молчал.
В комнате было настолько тихо, что я слышала стук своего сердца.
Я тоже молчала, панически, отчаянно пытаясь понять, что он думает. Это было что-то первобытное, словно я пытаюсь предугадать мысли хищника, чтобы не стать его обедом.
Но непроницаемая маска не давала мне шанса ничего понять.