Я бью его снова и снова – за Алису, за то, что теперь рядом с ней он вместо меня, за то, что я сам больше не могу быть рядом с ней...
Богдан оттаскивает меня назад, схватив за шиворот куртки.
– Хватит, блять! Апрель, хватит уже!
Я вырываюсь, пытаясь освободиться. Но справа подскакивает Феликс, слева Остап – и крепко держат меня вдвоём.
Рома всё ещё лежит на настиле пирса. На лице – кровь. Хрен знает, может, и моя. Он тяжело дышит, глядя на меня снизу вверх. Взгляд полон ненависти.
– Ты... мудак... – хрипит еле слышно.
Сплёвываю кровь и выдыхаю тяжело:
– Взаимно.
Богдан хватает меня за руку выше локтя и тянет прочь от этого места.
– Поехали, брат!
Глава 29. Месть.
Алиса
Сложив руки и уткнувшись в них подбородком, почти лежу на столе. Передо мной лежат платочки.
Понедельник, вторник, среда – всё ещё подписаны ручкой. Четверг, пятница, суббота и воскресенье – больше не подписаны. Я их постирала. Правда, чернила не смылись полностью, превратившись в отвратительные кляксы. И я ехидно шепчу по этому поводу:
– Вот так, Апрель! Вот так сложно тебя вытравить из своей жизни. Ты оставляешь кляксы. Не исчезаешь полностью.
Мой телефон на репите прокручивает видео.
Я не подписана на эту тупую группу «Корпорация Монстрофф», но кажется, весь список моих друзей подписан, и это видео достало меня в рекомендациях.
Там – пирс 13. Тусовка, как и всегда. Богдан Монстров, его друзья. Выделываются, отжимаясь на спор. Девочки визжат от удовольствия и...
Вот. Мой самый «любимый» момент.
Залипаю на экране.
На заднем фоне, в стороне от основной тусовки, вижу Апреля. Он в компании какой-то рыжей девушки. Болтают, судя по всему, улыбаются друг другу. Она его трогает. А когда камера начинает поворачиваться, я успеваю увидеть, как она виснет на его шее.
И мне так много хочется ему сказать сейчас!
Что он просто конченый.
Что он... монстр, разбивший мне сердце.
Что я постоянно о нём думаю, а он уже развлекается в компании другой девушки.
Но!
Я виновата сама. Ведь Апрель никогда не скрывал своей истинной сути. Никогда ничего мне не обещал. Наоборот! Просил держаться от него подальше.
Легче ли мне от этого?
Нет. Ни черта!
Все мои замки рухнули, я очнулась от сна. И в этой реальности я абсолютно (абсолютно!) несчастна. А ещё – зла и готова к мести.
Глупо, да. Но я просто загнусь, если ничего не буду делать.
Пишу Роме смску: «Привет, чем занимаешься?»
Рому использовать тоже глупо. Но он же сам говорил, что мы друзья.
От него моментально приходит ответ: «Ничем. А ты?»
Я: От тоски маюсь. Есть предложения?
Рома: Давай в кино сходим?
Я: Давай.
Рома: Через полчаса я у тебя.
Я: Отлично.
Неторопливо одеваюсь. Наряжаться не хочется, но я стараюсь. Довольно откровенный топ, джинсы с высокой талией. Волосы – в гладкий хвост на макушке. Круглые серьги в уши, браслет на запястье. Парфюм, немного макияжа. Сверху – короткое пальто с мехом на капюшоне.
Застёгиваюсь.
Внизу меня ловит отец и начинает с претензий:
– Ну и куда ты на ночь глядя?
– Пап, ещё только семь. И я с Ромой в кино, – объясняю терпеливо. – Вернусь не поздно. Обещаю.
– Ну пойдём, провожу, – играет бровями.
Потому что не верит, что с Ромой.
Мой друг как раз подъезжает. Не выходя из тачки, приветственно машет отцу.
– Ну? Всё нормально? – смотрю на папу.
– Да, иди, – расслабляется тот.
Чмокаю папу в щёку и бегу к машине Ромы. Забираюсь в салон, пристёгиваюсь и только потом перевожу на него взгляд.
– Это... – остолбенев, взираю на его лицо. – Это что опять такое?
– Это просто ссадина, – отмахивается Рома. – С байка упал.
– И тормозил лицом? – фыркаю недоверчиво.
В салоне темно, и пока не очень понятно, насколько всё плохо. Но синяк на скуле видно чётко. И вроде губа разбита.
Рома трогается с места, не отвечая на мой вопрос про синяк. Просто включает музыку погромче, будто это решит проблему.
Я откидываюсь на спинку сиденья и смотрю в окно. Город мелькает за стеклом – огни, витрины, люди. Все куда-то спешат. У всех своя жизнь, свои проблемы. А у меня в голове – Апрель. И рыжая девчонка на его шее.
– Ты чего такая грустная? – спрашивает Рома, убавляя громкость.
– Да так, – пожимаю плечами. – Устала.
Он кивает. Не копает дальше. И это хорошо, потому что я не знаю, что бы ответила, если бы он начал.
Мы приезжаем к кинотеатру минут через пятнадцать.
– Я забронировал на комедию. Пойдёт? – спрашивает Рома, когда выходим из машины.