– Ты просто убила меня этим приглашением, если честно. Не ожидала, что ты сунешься на тусовку Богдана. У тебя есть какой-то план по возвращению Апреля?
Зажмуриваюсь и качаю головой. Она всё не так поняла.
– Я не собираюсь его возвращать. Я хочу... Хочу, чтобы он увидел меня.
Сама не понимаю, как это всё объяснить. А вот Лена кивает медленно и вроде бы понимающе.
– Месть, значит?
– Что-то вроде того.
Она откидывается назад. Смотрит в окно.
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Я не отвечаю. Потому что не знаю.
Телефон вибрирует в руке.
Рома: Ну где ты, малыш? Эндуристы начинают через десять минут.
Читаю сообщение. Морщусь от его «малыш».
Я: Скоро будем.
Рома: Окей. Жду тебя.
Убираю телефон в сумочку. Лена подмигивает мне.
– Рома ждёт?
– Ага.
– Он знает, что ты – не его девушка?
Пожимаю плечами.
– Наверное. Но ему всё равно.
Лена фыркает.
– Он использует тебя. Понимаешь?
– Да, – отвечаю спокойно. – Как и я его.
Она качает головой.
– Вы все ненормальные.
Не спорю.
Пирс 13 встречает музыкой. Её слышно издалека.
Платим водителю. Выходим.
Народу много. Человек семьдесят, может, и больше. Холодно. Ветер с моря бьёт в лицо. Я поднимаю воротник косухи выше. Лена обнимает себя за плечи.
– Бррр! Замёрзну тут к чертям!
Идём сквозь толпу. Сквозь дым от сигарет. Сквозь визги девчонок и крики парней.
Ищу его, скользя взглядом по лицам и фигурам. Где он?
В центре пирса – импровизированная арена. Деревянный настил, огороженный верёвками. Внутри – байки. Эндуро. Грязные, мощные, с толстыми колёсами. На них – парни в шлемах и банданах.
Ездят по кругу, выделываются. Встают на задние колёса. Прыгают через небольшие трамплины.
Толпа орёт. Свистит. Аплодирует.
Лена тянет меня за руку.
– Давай ближе подойдём!
Качаю головой.
– Нет. Постоим здесь.
Мы встаём в сторонке, у края толпы. Нам отсюда видно всё, но нас – не очень.
Я смотрю на байкеров. Один из них – Рома.
Узнаю его сразу. По фигуре, по движениям. Катается неуверенно, но старается. На голове – шлем, на шее – бандана с белым черепом.
Такая же, как та, что я нашла в машине Апреля.
Сердце сжимается.
«Они все теперь носят эти банданы. Это их символ. Их команды».
Теперь Рома – часть этой команды.
Снова ищу Апреля глазами. Прохожусь взглядом по каждому байкеру.
Его нет.
Разочарование накрывает волной. Горькой. Холодной. Глаза начинает щипать.
Моргаю быстро. Не смей плакать. Не сейчас и не здесь.
Шоу заканчивается. Байкеры останавливают свои эндуро и глушат моторы. Толпа ревёт.
Они начинают снимать шлемы. Один за другим.
Рома. Остап. Степан. Феликс... И ещё двое.
Один из них – высокий, широкоплечий, с тёмными волосами и дьявольской улыбкой. Богдан.
А второй...
Сердце останавливается.
Апрель.
Он стоит рядом с Богданом. Снимает шлем. Встряхивает волосами. Смеётся. Говорит что-то брату. Богдан хлопает его по плечу и громко ржёт.
Они выглядят... довольными. Счастливыми. Как настоящие братья.
А рядом с ними – девчонки. Уже подоспели. Их три, нет, четыре. В коротких платьях и куртках. Визжат, прыгают, обнимают байкеров. И одна из них – рыжая. Та самая Вика.
Она виснет на шее Апреля. Обнимает его, смеётся. Целует в щёку.
Он не отстраняется. Просто стоит. Улыбается. Позволяет ей себя трогать.
Боль.
Такая необъятная, что даже страшно.
Внутри что-то рвётся. Ломается. Разлетается на осколки.
Я не могу дышать.
Не могу двигаться.
Просто стою и смотрю.
На него. На неё. На них.
«Он забыл. Он уже забыл обо мне», – пульсирует в сознании.
Лена хватает меня за руку.
– Алиса... – шепчет она встревоженно. – Ты в порядке?
Не отвечаю. Не могу.
Просто продолжаю смотреть.
Апрель что-то говорит Вике. Она смеётся, прижимаясь к нему.
Богдан оглядывает толпу. Его взгляд скользит по лицам. По фигурам. И останавливается на мне.
Он видит меня. Узнаёт. Усмехается медленно, хищно. И наклоняется к Апрелю. Говорит ему что-то на ухо.
Апрель поворачивает голову и смотрит прямо на меня.
Наши взгляды встречаются.
Секунда. Две. Три...
Его лицо каменеет, улыбка исчезает.
Вика что-то говорит ему. Он не слушает. Просто смотрит на меня.
Я не отвожу глаз.
Хочу, чтобы он видел.
Хочу, чтобы знал.
Что я здесь. Что я пришла. Что я не сломлена.
Даже если это ложь.
Неожиданно рядом со мной появляется Рома. Он снял бандану. Лицо красное от холода и напряжения.