Отворачиваюсь.
– Алиса!
Рома выныривает из толпы. Лицо напряжённое, но без злости.
– Пойдём, – хватает меня за руку. – Тут шумно.
Даю себя увести. На краю пирса тише, слышно, как где-то внизу плещутся волны, ритмично, монотонно. Ветер с моря пробирает до костей.
Рома останавливается у перил. Смотрит на чёрную воду.
– Прости, – говорит не оборачиваясь.– За то, что наговорил в универе. Я был... – трёт затылок. – Я был полным мудаком.
Молчу. Он и правда поступил мерзко.
– Просто когда узнал про вас... – продолжает сдавленным шёпотом. – Меня как переклинило. Мы же с тобой с детства вместе, Алис. Я всегда думал, что мы... Ну ты понимаешь.
– Рома...
– Подожди. Дай договорить.
Он поворачивается. В его глазах что-то жалкое, потерянное.
– Я понял, окей? Понял, что ты его выбрала. И я... могу с этим жить. Если ты останешься в моей жизни. Хотя бы как друг. Я не могу без тебя, Алис. Вообще. Эти дни, когда мы не разговаривали – я был как в аду.
Смотрю на него. Мальчик, который таскал мой рюкзак в первом классе. Который делился конфетами и защищал от хулиганов. Мы выросли вместе. И он любит меня – по-своему, неуклюже.
– Ты серьёзно? После всего, что сказал?
– Серьёзно.
Тишина. Только волны и далёкая музыка.
– Друзья? – он протягивает руку.
Смотрю на его ладонь. Потом на лицо – открытое, ждущее.
– Друзья, – говорю тихо.
Он выдыхает с облегчением. Улыбается. И вдруг обнимает меня, крепко прижимая к себе.
– Спасибо. Спасибо, Алис.
Обнимаю в ответ. Коротко, неловко. Он очень тёплый по сравнению с холодным ветром, и сейчас это приятно – просто человеческое тепло. Ничего больше.
И тут я слышу рёв мотора. Знакомый, низкий... От звука которого всё внутри сжимается.
Поворачиваю голову. Байк. Чёрный. На нём Апрель.
Он останавливается у начала пирса, снимает шлем, встряхивает волосами. Оглядывается. Наши глаза встречаются – на секунду, на долю секунды – и всё остальное исчезает... И музыка, и люди, и холод... Остаётся только он.
– Алиса?
Голос Ромы. Далёкий, еле различимый, как сквозь вату.
Апрель отводит взгляд первым. Идёт к компании у костра.
– Алиса!
Возвращаюсь. Моргаю. Рома держит меня за плечи и смотрит в лицо.
– Что?
Он медленно поворачивает голову туда, куда смотрела я, и видит Апреля, который здоровается с Феликсом.
– Ты... – его голос становится глухим. – Даже сейчас. Даже сейчас ты смотришь на него.
– Рома, я...
– Я тут перед тобой распинаюсь, а ты пялишься на этого урода!
– Это не...
– Да хватит врать! – он повышает голос. – Я же вижу! Вижу, как ты на него смотришь! Ты никогда так не смотрела на меня!
Сердце колотится. Отступаю на шаг.
– Мы же только что договорились...
– О чём?! О дружбе?! – смеётся зло, надломленно. – А толку? Ты всё равно будешь бегать за ним!
Он делает шаг ко мне. Я отступаю. Ноги упираются в низкие перила.
– Рома, успокойся...
– Успокойся?! Я унижался перед тобой! Просил прощения! А ты даже на секунду не можешь оторвать от него глаз!
– Да! – вырывается прежде, чем успеваю подумать. – Да, я смотрю на него! Потому что люблю его! Его, а не тебя!
Рома замирает. Лицо становится белым.
– Что ты сказала?
– Я люблю его. Прости.
Секунда тишины.
Его руки взлетают к моим плечам.
– Рома, что ты...
Толчок.
Резкий. Сильный.
Перила бьют под колени, и тело летит назад – в темноту, в холод, в ничто.
Последнее, что вижу – его лицо. Белое. Чужое.
Сильный удар – как о бетон. Воздух вышибает из лёгких. А потом накрывает водой. Ледяной, тёмной...
Одежда мгновенно намокает, меня тянет вниз. Пытаюсь грести, но руки не слушаются. Где верх? Где низ? Не понимаю. Холод сковывает мышцы, и я не могу... не могу...
Темнота.
Тишина.
И лишь одна мысль – последняя, гаснущая...
Об Апреле...
Глава 40. Больше никогда.
Апрель
Телефон вибрирует сообщением. Проверяю – оно от Богдана.
«Бабы – зло. Твоя – особенно».
Следом приходит второе.
«Она на пирсе. Прибежала к Роме».
Смотрю на экран, перечитываю. Враньё. Очередная игра. Богдан обожает дёргать за ниточки и смотреть, как я дёргаюсь в ответ. Убираю телефон в карман куртки и завожу байк.
Я ехал к ней, к её дому. Хотел наконец поговорить, рассказать всё – про запись, про Богдана, про то, что хочу уехать. Не в Москву – в Подмосковье. Там остались кое-какие связи с прошлой жизни, знакомые, которые могут помочь встать на ноги. Есть план, есть перспективы, есть шанс начать заново. И если она согласна – заберу её с собой.